Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Поближе к инновациям, подальше от рыночных стихий

№ 9(60), 13.10.2010 г.

Один очень большой любитель собак как-то пошутил: «Для того, чтобы приготовить рагу из зайца, нужно иметь хотя бы кошку». По аналогии можно сказать: «Чтобы сделать инновационную экономику, нужно иметь под рукой хоть каких-нибудь инноваторов», убежден к.э.н., доцент, ведущий научный сотрудник ИЭиОПП СО РАН Юрий Воронов
Но с каждым днем людей, способных придумать и реализовать нечто новое, становится все меньше. Если бы численность их увеличивалась сама собой, то и проблем бы не было. Поэтому начнем с кад-рового основания инновационной экономики. Как бы мы ни притворялись, что все хорошо, идет процесс постепенной утраты интереса к знаниям как таковым, то есть бескорыстного научного интереса. Свертывание промышленности сужает сферу приложения естественно-научного знания. На протяжении многих лет не появляются качественные учебники на русском языке по естественно-научным и инженерным дисциплинам.
Появляется опасность, что только единичные отечественные специалисты будут способны понять, как работает та или иная зарубежная техника. Яркий пример такого темного будущего — гребневая технология выращивания сельскохозяйственных культур, знания о которой жестко принудительно распространяются по северным провинциям КНР, но в нашей стране она известна лишь десяткам узких специалистов. При этом такая технология, в которой сеялка управляется компьютером, нам нужнее, чем Китаю.
В такой ситуации претензии на то, что мы можем быть конкурентоспособны на мировых рынках, выглядят, по меньшей мере, забавными. Сначала нужно заняться собственными инженерными кадрами, а получив их, осторожно «высовываться» со своей конечной продукцией на отечест-венный или мировой рынок. Одновременно необходимо принципиально перестроить и обучение с первых классов школы, причем в противоположную сторону от проводимых сейчас бюрократических школьных реформ.
Что делать? Простой пример. Современный человек, работающий в инновационной экономике, должен быстро отфильтровывать информацию, нужную для решения задачи, от ненужной. Это требует полную переделку школьных учебников и задачников, причем не только по физике, химии и математике. Этот путь за рубежом многие страны уже прошли, там с первых задач по арифметике ученику включают в пример ненужные данные. Он сам должен догадаться, что ему нужно для расчетов, а что нет.
Перейдем теперь к главной теме страданий уже имеющихся инноваторов — отсутствию денег… Вообще, разделение условий на финансовые и нефинансовые в свете последних достижений экономической науки выглядит как необоснованная декларация одной из двух позиций. На английском языке она звучит так: «money
does matter», то есть «деньги, все-таки, кое-что значат». Сама эта формулировка говорит о том, что есть и противоположная — о нейтральности денег, в частности и в деле инноваций. Тем более что рассчитывать на большие денежные потоки нецелесообразно: в России в ближайшие десятилетия вряд ли будет инновационный бум, поскольку мы слишком привыкли к проеданию нефтерублей…
Слов нет, определенные деньги в университеты для инноваций сейчас поступают. И это хорошо: создаются малые инновационные фирмы из студентов, аспирантов и преподавателей. Другое дело, что порождение таких бизнесов с низкой капитализацией может выполнять единственную функцию — перекачки полученных инноваций за рубеж. Ведь поля для внедрения их внутри России нет. Об этом вполне откровенно говорят и идеологи проекта «Сколково».
Наряду с этим проектом существует еще один термин, который постепенно вязнет в зубах — коммерциализация научных разработок. За этим стоит представление о том, что результат научной разработки можно вынести на рынок, расхвалить его, и он будет не просто куплен единожды, он будет длительное время покупаться. Преобладающее представление о товаре, готовом к выводу на рынок, и действиях, необходимых для его успешной реализации, пока сосредотачивается на том, что это — действительно товар на прилавке: булочка, книга, телевизор или лекарство. Но если говорить о «единой цепочке», объединяющей образование, науку, разработчиков и производственников, то она должна начинаться с поиска места образовательных знаний и собственно инновации в другой технологической цепочке — производственной. Нужно понимать, куда, в какие технологии и товары, может быть встроена та или иная российская инновация. Железного занавеса нет, нелепо сохранять его в своей душе, в своих представлениях о коммерциализации конечного продукта. Мы — часть мировой экономики, способная постоянно порождать нечто уникальное, но только частное и уж никак не глобальное и независимое. Фраза «не имеющее мировых аналогов» была гордостью советского человека, но если ее произносит гражданин современной России, он просто сознается в собственном невежестве и лени.
Современные российские вузы не способны состыковать знания, доносимые до студентов, с последними мировыми технологическими достижениями. В этом плане они, по большому счету, бесполезны для развития отечественной инновационной экономики. Они решают в большей мере культурные, чем экономические задачи. Обычного вузовского образования здесь уже недостаточно. Необходимо резкое расширение сферы популярных лекций, рассчитанных на самую неподготовленную аудиторию. Именно это предваряло первую промышленную революцию в Великобритании. Если ученый прочитал менее шести популярных лекций в год, его следует лишать всех ученых степеней и званий. Только подобные меры способны хоть как-то исправить ситуацию кад-рового обеспечения будущей российской инновационной экономики.
В плане внедрения российских инноваций, по моему мнению, не следует искать мелких денежных подачек от государства или научного фонда. Деньги, какие сейчас расходуют на инновации, разумнее было бы потратить на ознакомление с передовыми технологиями и с физическими (химическими, биологическими) явлениями, на которых эти технологии основаны.

 


 

Пресс-факт:
— Новосибирская область — крупнейший за Уралом научный центр в России, где работают 109 академических научных организаций и более 1000 малых компаний научно-технической сферы.
— По отдельным направ-лениям малые компании занимают лидирующее положение не только в России, но и за рубежом: 75% выпускаемых в России средств диагностики заболеваний (тест-систем), 70% мирового производства искусственных изумрудов, 70% мирового рынка ПО виртуализации хостинга, 80% российского экспорта оптоэлектронных устройств для приборов ночного видения и т.д. Однако доля организаций, осуществляющих инновации, невелика — 4,9% по отношению ко всем предприятиям Новосибирской области. 
— Самым уязвимым звеном инновационной системы является малый инновационный бизнес. По мировым данным, успеха добивается не более 10% инновационных компаний, и это в странах, где на протяжении длительного периода времени выстраивается система целенаправленной поддержки инновационного предпринимательства. Наиболее значимыми трудностями являются недостаток собственных средств и квалифицированного персонала, хотя по мере роста бизнеса значимость этих факторов в российской среде несколько снижается.

Совместные исследования сотрудников ИЭ и ОПП СО РАН, НГУ и  Университета Сент-Томас (США)

Просмотров: 1536