Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Вспомним о главном

№ 5(80), 31.05.2012 г.

В нынешнем году Новосибирской области исполняется 75 лет. Ее судьба неразрывна с судьбой России, и также богата порой яркими, порой драматическими событиями ее история. Сегодня мы начинаем цикл публикаций, посвященных этой дате, — ретроспективный взгляд на некоторые, наиболее приближенные к современности, периоды развития Новосибирской области руководителя территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Новосибирской области Александра Кисельникова

ИСХОДНОЕ СОСТОЯНИЕ
И ДВИЖУЩИЕ СИЛЫ ТРАНСФОРМАЦИИ

Свою последнюю советскую пятилетку Новосибирская область, как и вся страна, заканчивала в предкризисном состоянии, в ситуации сильной не-
определенности, но, тем не менее, в ожидании лучших перемен. Достигнутый уровень социально-экономического развития региона позволял смотреть в будущее оптимистично, если рассуждать в контексте существовавших в тот период государственных приоритетов и целеполагающих установок Партии и Правительства.
Как и сейчас, тогда в моде были слова и надежды на модернизацию и инновации, хотя и с использованием несколько иной терминологии (переход на рельсы интенсификации, ускорение научно-технического прогресса и др.). Новосибирская область по своему кадровому потенциалу значительно превосходила средне-союзные и среднероссийские показатели. На ее территории были представлены все звенья научно-производственного цикла, начиная от фундаментальных научных исследований, заканчивая производством сложной многономенклатурной конечной продукции.
Экономика области была высокодиверсифицированной и обладала прогрессивной для своего времени технологичес-кой структурой, в составе которой высокий удельный вес занимали производства и отрасли четвертого технологического уклада — ядерная энергетика, электроника, военное авиастроение и др. С позиций теории технологических укладов, область обладала самой прогрессивной экономической структурой на всей огромной территории от Урала до Тихого океана.
В отличие от большинства краев и областей Сибири, в Новосибирской облас-ти был очень низкий удельный вес добывающей промышленности (2 %), высокая степень открытости экономики и относительно низкий уровень кооперационных связей внутри региона.
Основу ее экономики составляли пять групп отраслей, которые одновременно являлись и отраслями специализации, то есть производили продукцию не столько для внутреннего, сколько для внешнего потребления (для целей национальной экономики и на экспорт).
1) Оборонный комплекс. По концент-рации оборонной промышленности в структуре валового регионального продукта НСО занимала третье место в СССР после Удмуртии и Саратовской области (по данным Мирового банка). Оборонная промышленность отличалась высокой степенью диверсификации: из так называемой девятки министерств оборонной промышленности в области были на серьезном уровне представлены восемь ведомств. Не было только военного судостроения, но и этот «пробел» был частично компенсирован крупной базой ВМФ в
пос. Пашино.
2) Научно-образовательный комплекс. По доле отрасли «наука и научное обслуживание» в основных фондах область занимала первое место в СССР. По абсолютным показателям — третье место в России.
3) Агропромышленный комплекс НСО являлся отраслью специализации. Давал треть валового регионального продукта. Его основу составляли огромные сельхозугодья и пашня (восемь и четыре млн га соответственно) и централизованное финансирование. По объемам производства АПК области занимал второе—третье место на востоке страны.
4) Гражданское машиностроение. Доля Новосибирской области в производстве машиностроительной продукции Западной Сибири составляла 40 %.
5) Транспортно-складской комплекс. Основные звенья: Западно-Сибирская ж/д, аэропорт Толмачево (пятое мес-то в СССР), Западно-Сибирское речное пароходство, магистральные трубопроводы, крупный комплекс оптовых баз межрегионального значения Госснаба СССР.
Если говорить об экономической эффективности, то ситуация была намного хуже. По показателям энергоемкости, фондоемкости, материалоемкости, трудоемкости говорить о передовых позициях не было оснований. Уже с середины
70-х годов удельные показатели капитальных вложений были ниже среднероссийских и, тем более, среднесибирских. Это неуклонно вело к старению фондов, падению темпов экономического роста. Уровень жизни был ниже среднероссийского. Этим объясняется отрицательное сальдо миграции в область в 1980-е годы. Положительный прирост населения был обеспечен только за счет естественного прироста.
Все эти годы область была бюджетным донором, то есть перечисляла в союзный и республиканский бюджеты больше средств, чем получала. Но общее сальдо финансовых потоков между НСО и Цент-ром к 1987 году (в этот год велась разработка программы «Интенсификация-90» и была сделана такая оценка) стало близким нулю. Это было обусловлено, с одной стороны тем, что эффективность экономики падала, а с другой — наличием на территории области большого количества структур, финансируемых из государственного бюджета (СибВО, СО АН СССР, СО ВАСХНИЛ, Оперный театр и др.).
Позиции Новосибирской области в 1990 году в масштабах российской экономики приведены в таблице 1. Из нее видно, что более высокий удельный вес, чем численность населения, занимала отрасль «сельское хозяйство», особенно подот-расль «животноводство». Можно высказать гипотезу, что в силу особенностей статистического учета того периода, прежде всего, за счет занижения стоимости производства в оборонных отраслях промыш-ленности, доля Новосибирской области в общем объеме промышленного производства России была заниженной.
В отраслевой структуре промышленного производства обращает на себя внимание высокий удельный вес отрасли «машиностроение», куда включалось большинство предприятий оборонной и пищевой промышленности, которая опиралась на мощное сельское хозяйство. Доля энергетики составляла всего 4 %, то есть была в четыре—пять раз меньше, чем в современной ситуации.
Весь 1990 год нарастали процессы распада системы государственного управления. О том, что произойдет распад и юридическая ликвидация Советского Союза, тогда еще никто не знал, но ситуация в стране становилась все тревожнее и менее управляемой.
Охватившие все угольные бассейны страны забастовки шахтеров (начавшиеся еще в 1988 г.) вели к срыву поставок топ-лива на электростанции и котельные и сделали угрозу замерзания городов и поселков, остановку предприятий нормой повседневной жизни.
Введение поста Президента СССР на Третьем Съезде Народных Депутатов СССР (12 марта 1990 г.) и избрание на этот пост М. С. Горбачева ситуацию не стабилизировало, скорее наоборот. Замена коллективного органа управления на чуждый отечест-венной исторической традиции государственный институт избираемого президента в данной ситуации сыграло дестабилизирующую роль.
Слабый и во многом ненавистный всем слоям населения страны «главный перестройщик» стал прекрасной мишенью для набиравших мощь оппозиционных сил и протестных энергий масс. Удержать власть и контроль над ситуацией он не мог.
Весь год прошел под флагом «парада суверенитетов», в который включились уже не только союзные республики СССР, но и автономные республики в составе РСФСР. В частности, 27 сентября 1990 года была принята Декларация о государственном суверенитете Республики Саха (Якутия). В октябре аналогичные декларации приняли Бурятия, Калмыкия, Марий Эл, затем Чечено-Ингушская АССР и т. д. Парад суверенитетов сопровождался остановкой производств, срывом поставок продукции и вел к параличу всего народно-хозяйственного комплекса.
В качестве реакции на эти дезинтеграционные процессы в 1990 году была предпринята попытка объединения краев, республик, областей и округов Сибири на кооперативной основе. Это стало одним из самых крупных событий года в регионе, и произошло оно по местной инициативе. В октябре руководители Кемеровской облас-ти А. Г. Тулеев и М. И. Найдов предложили руководителям соседних краев и областей собраться в Кемерове, чтобы выработать меры по недопущению срыва межрегиональных поставок продукции. В такой постановке вопроса были заинтересованы все, поскольку ни один регион не являлся самодостаточным и все зависели друг от друга: Кузбасс поставлял уголь, но получал взамен продовольствие, Новосибирск производил вооружения, но получал товары народного потребления и т. д.
На этом заседании в Кемерове была сформулирована идея создания Межрегиональной ассоциации экономического сотрудничества, там же было предложено название — «Межрегиональная ассоциация «Сибирское соглашение» (МАСС). Центром ассоциации был определен г. Новосибирск, где через несколько месяцев были сформированы ее исполнительные органы — Дирекция и Сибирский аналитический центр.
Ассоциация оказалась достаточно «живучим» объединением. В отличие от СССР, многих министерств и ведомств она сущест-вует до сих пор (2012 г.) с прежним названием и в прежнем статусе. В ее состав входят все 12 субъектов Федерации Сибирского федерального округа (СФО) в лице руководителей исполнительной и законодательной власти. Особенно парадоксально эта живучесть выглядит на фоне крайне низкой эффективности работы ассоциации в части достижения объявленных целей. Это обусловлено положенным в основу ее работы принципом Консенсуса (никого нельзя заставить что-либо делать, если он этого сам не хочет или не может) и резким изменением российского законодательства. По существу МАСС выполняет роль дискуссионной площадки для губернаторов и спикеров Законодательных собраний СФО, являясь своего рода «клубом губернаторов» для встреч между собой и с представителями федерального центра.
Другим знаковым событием 1990 года для Новосибирской области явилась разработка и принятие в качестве официального документа «Концепции перехода Новосибирской области к работе в новых условиях хозяйствования и самоуправления». Концепция была единогласно принята на III сессии Новосибирского областного Совета (двадцать первого созыва) 22 ноября 1990 года. Уместно отметить, что подавляющая часть из 250 депутатов областного Совета были членами КПСС, но они единогласно согласились со следующими выводами авторов проекта документа, заложенными в исходные положения концепции:
1) реальной альтернативы рыночной экономике как средству вывода страны из кризиса нет;
2) целью реформы должно стать создание социально ориентированной экономики на основе экономической свободы граждан и товаропроизводителей.
Если рассмотреть этот компактный документ с позиции сегодняшнего дня, то можно убедиться, что большинство проб-лем и угроз, с которыми пришлось столк-нуться за прошедшие 20 лет, в нем спрогнозированы гораздо точнее и реалистичнее, чем в аналогичных по смыслу документах федерального уровня (Программа «500 дней», Программа Л. И. Абалкина и Н. И. Рыжкова и др.). В этом документе были впервые приняты многие термины и понятия, которые до этого в официальных документах Новосибирской области не использовались.
С распадом СССР изменилась и временная периодизация этапов социально-экономического развития страны, ее отрас-лей и регионов, которую было принято измерять пятилетками. Вместе с СССР была отброшена, как ненужный пережиток прошлого, и советская система планирования, которая включала долгосрочный (10—20 лет), среднесрочный (пять лет) и текущий горизонты планирования (один год).
По существу все последние 20 лет доминирует краткосрочная технология бюд-жетного процесса с шагом в один год, которая дополняется определенным набором целевых программ.
Тем не менее, прошедшие 20 постсоветских лет включают в себя огромное количество событий и процессов, которые укладываются в разные интервалы времени. Конечно, это были не унифицированные пятилетки, но и не 20 относительно однородных, следующих один за другим временных отрезков. В зависимости от целей исследований, детальности рассмот-рения различных событий и их периодизация будет различной. Мы бы предложили рассмотреть наиболее значительные процессы, события и явления в следующих временных интервалах.
Первое десятилетие (1991—2000 гг.) которое можно назвать эпохой Ельцина или ельцинским периодом — по имени первого Президента России, подпись которого стоит на всех ключевых законодательных и программных документах этого первого десятилетия новой России.
Внутри этого интервала ключевыми событиями, по мнению авторов, являются: распад (ликвидация) СССР (1991 г.); активная фаза политики «шокотерапии» (либерализация цен) — 1992 год; политический кризис и принятие Конституции РФ (1993 г.); политика ваучерной и денежной приватизации (1993—1995 гг.); начало войны в Чечне (11.12.1994 г.); нарастание финансового кризиса и дефолт: «черный вторник» (11.10.1994 г.) — обвальное падение рубля, 17.08.1998 г. — дефолт; операция «Преемник» по передаче высшей государственной власти в стране от Б. Н. Ельцина В. В. Путину в ходе выборной кампании.
Итогом 1990-х стала практически полная ликвидация прежней советской системы управления и создание каркаса рыночной экономики и демократических институтов в соответствии с нормами Конституции РФ 1993 года. Ключевым элементом реформ выступали процессы приватизации, в результате которых была сформирована многоукладная экономика, и возник класс разнообразных собственников.
Все эти процессы трансформации проходили с огромными издержками для населения и экономики страны.
Второе десятилетие (2000—2010 гг.) кардинально отличается от предыдущего не только фамилией лидера страны, но и динамикой социально-экономического развития. В период до 2008 года наблюдался экономический рост, который сопровождался разнообразными реформами (менее фундаментальными, чем в 1990 годы), нарастанием социального неравенства и других проблем. 2008 год является знаковым как год военного конфликта России с Грузией и год начала мирового финансового кризиса.
Региональная специфика этого периода развития заключалась, прежде всего, в изменении конституционно-правового статуса регионов. Если до 1993 года Новосибирская область (как и другие территориальные объекты подобного ранга) являлась объектом пространственной политики государства, то по конституции РФ 1993 года она получила статус субъекта Федерации. В соответствии с конституционным принципом федерализма, область получила целый набор прав, входящих в ее исключительную компетенцию или компетенцию совместного ведения с Федерацией. Одна из принципиально новых функций управления на областном уровне — это функция законодательства, которой наделялся представительный орган власти субъекта Федерации. Начиная с 1993 года, он становится одновременно и законодательным органом.
Законодательство и иная нормативная деятельность по воле реформаторов стали основным инструментом управления социально-экономическими и политическими процессами. И этим обстоятельством Россия и ее регионы принципиально отличались от всех европейских стран, да и от большинства других стран мира. Безудержное нормотворчество, постоянное изменение «правил игры» во всех сферах жизни стали сущностной характеристикой рассматриваемого двадцатилетнего периода.
С одной стороны, такое развитие событий было исторически закономерным — сказав «А», необходимо было говорить «Б» и далее по алфавиту. Сломав в революционном порыве прежнюю систему государственного управления, основанную на общенародной собственности и плановых механизмах регулирования, необходимо было на ходу (поскольку жизнь остановить невозможно) заполнять возникший вакуум — в разрушенной почти до основания государственности создавать всю совокупность институтов, законодательство, механизмы управления и т. д.
В общем, это была очередная героичес-кая эпопея русского народа, в которую он был ввергнут «новыми русскими реформаторами». Правда теперь строилась не материальная база коммунизма (заводы, фабрики, дороги, электростанции, ...), а институциональные основы нового светлого демократически рыночного будущего. Проще говоря, самозабвенно строили рынок с демократией.
В отличие от 1917 года, у новых реформаторов-революционеров не было целост-ной теоретической основы или хотя бы модели строительства нового государства, общества и экономики. Широко разрекламированную программу строительства капитализма «500 дней», почти единогласно принятую Съездом народных депутатов России, известный новосибирский ученый — экономист В. Н. Богачев назвал «всенародным прыжком через пропасть —
100 дней разбег, 150 — собираем кости, остальное — поминки». И не сильно ошиб-ся в прогнозе. Других сколько-нибудь значительных концептуальных документов видения будущего обществу представлено не было, ввиду их отсутствия.
Поскольку собственного ответа на известный вопрос «Что делать?» не было, правящая верхушка послушно внедрила планы преобразования и системы управления, переданные «в порядке оказания помощи демократическим реформам» западными советниками (преимущественно американцами). Это делалось указами президента РФ, поспешно принятыми законами и постановлениями Правительства.
Несмотря на кипучую деятельность отдельных региональных лидеров и их элит, регулярно проводимые PR-компании, вырваться за пределы установленного диапазона возможностей никто не смог.
Внедренный в Конституцию РФ
1993 года принцип федерализма является одним из самых спорных в современном конституционном устройстве страны. По мнению многих отечественных историков, специалистов в области государственного управления и права, он чужд исторической традиции России, ментальности ее народа.

(Продолжение следует)

Просмотров: 1097