Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

В поисках утраченного времени

№ 7(82), 30.07.2012 г.

Создание «Сибирского центра науки, образования и высоких технологий» позволит не только повысить рейтинг НГУ, но и активизирует инновационное развитие региона

Существовавшая в свое время система инновационного развития страны целенаправленно включала в себя представителей Российской академии наук, отраслевых институтов и промышленности. У каждого министерства были свои исследовательские институты и заводы. При каждом конструкторском бюро или отраслевом институте работало опытное производство. Но как только отраслевая наука рухнула, все академические разработки повисли в воздухе, поскольку передавать их было уже некому. Нынешние компании стараются покупать готовые технологии, которые, по существу, являются старыми разработками, уже кем-то отработанными и давно вышедшими в тираж. В западных конструкторских бюро вовсю разрабатываются новые технологии, а старые под видом новых успешно реализуются, если не сказать — сбываются. А ведь инновации, по большому счету, нельзя купить ни за какие деньги, их можно только создать. В противном случае, это всего лишь обновка, и, приобретая чужие разработки вчерашнего дня, можно всю жизнь плестись «позади планеты всей». Вот почему таким актуальным сегодня является вопрос восстановления инновационной цепочки, успешно существовавшей в советское время. Без ее восстановления в стране не смогут появиться по-настоящему инновационные разработки, способные стать предметом рынка.
О том, насколько реально переломить сложившуюся ситуацию и какие шаги следует предпринимать в этом направлении, мы беседуем с профессором, доктором физико-математических наук, академиком, лауреатом государственной премии, и. о. заместителя председателя СО РАН Николаем Диканским.
— Николай Сергеевич, в чем причина столь низкого эффекта от научных исследований в вузах, несмотря на серьезное материальное стимулирование?
— Прежде всего, это связано с тем, что, несмотря на инвестиции, вузы не обладают необходимой инфраструктурой. Занимающиеся наукой в вузах практически не имеют возможности заниматься фундаментальной наукой, поскольку они чаще всего перегружены преподаванием. А те, кто работает в научно-исследовательских частях, в вузах не имеют постоянного бюджета для научных работ. Разумеется, все это не создает серьезных предпосылок для формирования научных школ.
Кроме того, бюджет нашей Академии наук имеет весьма скудное финансирование. К примеру, совокупный бюджет обновленного Шанхайского университета составляет около двух миллиардов долларов — сумма, равная бюджету всей Академии наук России. А бюджет Университета штата Северная Каролина — один миллиард долларов. И при этом отечественную Академию наук ругают при каждом удобном случае. А сколько выделяется на исследования? Это далеко не такие значительные средства, как вы говорите. А ведь при сравнении, если судить по затратам и выделяемому на каждого отечественного и западного научного сотрудника доллару, по количеству публикаций и эффективности работ, выполняемых нашими учеными, мы значительно превосходим своих зарубежных коллег. И при таком скромном существовании наши ученые еще продолжают работать, что само по себе уже вызывает уважение. Более того, отношение к Академии наук постоянно строится на подозрении. Умы нашей власти сегодня занимают вузы, а академия при этом скромно молчит, хотя я напомню, что все бывшие руководители страны с не ахти каким образованием всегда понимали и ценили важность академических исследований. В связи с отсутствием конструкторско-технологической проработки, на что совершенно не хватает средств, сегодня затруднительным является прохождение академических разработок, а уж тем более их внедрение и продвижение на рынок. Я уже не говорю о полном отсутствии в нашей стране мегапроектов.
— Способен ли исправить сложившуюся ситуацию создаваемый Вами «Сибирский центр науки, образования и высоких технологий»?
— Когда инициаторы проекта вышли с предложением объединить Новосибирский государственный университет с СО РАН, что якобы позволит получить серьезный исследовательский университет, я был, по меньшей мере, удивлен. Позвольте, мы и без того уже объединены с 1959 года! Новосибирский государственный университет был основан именно как часть Сибирского отделения Академии наук СССР, став воплощением идеи интеграции академической науки и высшего образования. Главной задачей университета со дня основания была подготовка научных кадров для всего комплекса институтов Сибирского отделения Академии наук и высшей школы Сибирского региона.
— И университет по-прежнему сохраняет свою главную ориентацию на подготовку кадров для науки?
— В связи с этим и возникает необходимость совместных мероприятий Университета и СО РАН по созданию и укреплению кадрового потенциала институтов. Сотрудничество охватывает все уровни подготовки и использования кадров в сфере общих научно-образовательных интересов. И как бы нас ни пытались развести по разные стороны, к каким бы ведомствам ни относили, мы едины. Сибирское отделение вносит колоссальный вклад в образование тем, что студенты обучаются у действующих ученых и проходят у них практику. А в Минобразования по-прежнему считают, что написанные преподавателями-совместителями учебные пособия не являются заслугой университета, поскольку такое пособие не считается учебным пособием НГУ. Но в таком случае, чья это заслуга? Парадокс, когда академик Пармон пишет книгу, а она не засчитывается как учебное пособие НГУ, потому что в университете такого сотрудника нет. Это возмутительно. Нам ставится в упрек недостаточное число докторов наук, но у нас их 1500, а их не учитывают, потому что они являются совместителями. А ведь они не только обучают, но даже ведут дипломные работы. Нам всегда твердили, что НГУ и СО РАН — это разные вещи. А сейчас вдруг обнаруживается, что в стране нет университетов, которые были бы способны попасть в топ-100. А ведь наша система, сложившаяся именно в Сибирском отделении, — одна из лучших в мире. Нигде нет такого количества исследовательских институтов при университете. Тем более университет наш маленький и государству обходится недорого.
— От кого исходила идея создания Центра?
— Инициатива объединения в формате Центра исходила от команды физиков во главе с Павлом Французовым. Их поддержали многие коллеги из СО РАН. А после того, как об идее создания Центра узнал Владимир Владимирович Путин, работа еще больше активизировалась. Мы попытаемся не просто создать Центр, но и сделать так, чтобы он состоял из разноведомственных организаций, создать надведомственную структуру, представляющую НГУ как единое достояние созданного центра. Моя функция заключена в объединении всеобщих усилий. Отрадно, что важность объединения осознает сегодня все большее число здравомыслящих людей. Учитывая значимость проекта, серьезную поддержку оказывает администрация Новоси-бирской области.
— И вам уже есть с чем выходить на рынок?
— Нам нужно создать конструкцию, позволяющую закрыть все те прорехи, образовавшиеся в результате неудачных реформ. В настоящий момент у СО РАН есть немало разработок, ожидающих своей реализации. Но прежде, чем выходить с ними на рынок, необходимо провести тщательный маркетинг. Удивительную вещь высказал в свое время великий американский изобретатель Эдисон: «Я ничего не придумываю такого, что не стало бы предметом рынка».
Многие новосибирские предприятия находятся сегодня в состоянии анабиоза. Нужно найти активных директоров, заинтересованных в нашем проекте, и воспользовавшись возможностью, появившейся по причине простоя заводов, организовать людей, готовых наши разработки выполнить. Наша задача — создать простую и понятную рабочую схему. Инженерной компании мы предлагаем разработку, с тем чтобы они, в свою очередь, заключали лицензионное соглашение с разработчиками, привлекали студентов, промышленные предприятия, технологические бюро и в результате получали необходимый продукт. Таким образом, компания выполняет комплект чертежей, загружает работой заводы, получает продукт и является разработчиком. При этом не нужно держать огромные цехи и рабочих. Нужна только сборка.
Как-то мне прислали статью Майкла Портера, специалиста в области изучения экономической конкуренции, о кластерах. Читаю и узнаю в описании нашу систему — локализованная группа предприятий, вместе работающая, борящаяся за ресурс, за студентов, за выделяемые на разработки деньги. «Было б здорово, чтобы эти кластеры пересекались», — пишет автор. Но у нас, когда создавался Сибирский научный центр, было 13 институтов, а благодаря поясу внедрения стало 35 — налицо мультидисциплинарность. Это именно то, о чем мечтал Портер. А у нас и был мегадисциплинарный кластер. Потому что у нас был пояс внедрения, который сработал по нескольким направлениям. Мы имели весьма серьезные разработки, особенно в оборонной области. Поясом внедрения являлся и Кольцово, и прикладная физика. И более того, Сибирское отделение всегда на 25 процентов работало по контрактам с промышленностью — предприятиями, являющимися щупальцами министерств.
— Какова Ваша первоочередная задача по созданию Центра?
— Определить крупные направления, в которых разработчики, директора, завлабы, организующие вокруг себя промышленность, являлись бы лидерами. Важно найти активного человека из разработчиков, который умел бы доходчиво объяснять задачи. Сейчас крайне важно возбудить у людей потерянный интерес. У многих желание творить и созидать попросту отбито. Но нельзя же все время жить на одной аренде. В нашем кластере нужен один пробойный локомотивный проект, который притянул бы к себе все остальные. Нужны деньги, а значит Фонд. Хотя многие предприятия — серьезные заказчики — деньги имеют, и если их заинтересовать стоящим проектом, то могут и проинвестировать.
— Николай Сергеевич, а почему именно кластерная схема создания Центра показалась Вам наиболее подходящей?
— Так ведь это мы и есть. У нас университет, который, по сути, создал все остальное, у нас СО РАН, которое создало университет и участвует в образовательном процессе, да и олимпиады, которых нет ни у кого, кроме нас, всегда поддерживались СО РАН. А создание Центра позволит дать новый импульс развитию СО РАН, образованию в Новосибирске, а промышленным предприятиям — почувствовать вкус к разработкам.
— Какую роль в кластере сыграет создание технологического института при НГУ?
— Будут созданы не один, а сразу два института — Технологический институт НГУ и Институт информационных технологий НГУ для подготовки нужных специалистов. Необходимо будет набрать на факультеты шесть тысяч студентов. Именно столько насчитывает НГУ сегодня. Число физмат-школьников нужно будет удвоить и довести до одной тысячи. В Колледж информатики организовать набор через олимпиады, так же как и в Физматшколу, отбирая наиболее талантливых детей по всей Сибири, организовать прединкубатор при университете, там где студенты младших курсов будут играть в науку, выполняя нехитрые работы своими руками — моделировать, паять. Нужно иметь 4000 магистрантов. В общей сложности мы будем иметь 16 тысяч студентов и школьников. Разумеется, это миллиарды инвестиций, но это даст возможность наращивать инновационную деятельность в Новосибирском научном центре. Кроме того, к нам принесут свои разработки и медики, которые также смогут создавать свои инновационные фирмы.
— А как будет решаться вопрос с финансированием?
— Фундаментальная наука является заготовкой и должна иметь нормальное финансирование из федерального бюджета. Но мы предполагаем, что Фонд будет наполняться правительством, областью, городом, а также заинтересованными организациями и СО РАН.
— Какие надежды Вы возлагаете на создаваемый сегодня Центр?
— Создание центра позволит поднять рейтинг НГУ. Как только признают право совместителей считаться преподавателями НГУ, равно как и зачтутся их публикации, ситуация изменится в корне. Мы ведем единый информационный ресурс, совместную аспирантуру, докторантуру. И уникальность этого тандема необходимо не только сохранить, но и придать ему некий статус.
Кроме того, необходимость создания технологической школы повлечет привлечение преподавателей из других вузов. Концепция будет утверждена президентом и мы рассчитываем на его поддержку. Ведь Сколково — облачно, а мы реальны. Для работы у нас имеется все необходимое и требуется только импульс для развития. За пятьдесят лет работы наша интеграция продемонстрировала блестящую живучесть и должное развитие.
Самое главное — поскольку схема кластерная, то в ней должны быть не эфемерные, а реальные лидеры и реальные партнеры по промышленности. Сейчас встречаемся с руководителями и выясняем их заинтересованность в проекте. Тем у них много, но необходимо разобраться, насколько они актуальны и рыночны.
О намерении принять участие в создании Центра заявили уже ряд новосибирских предприятий. В ближайшее время должен появиться основной пул организаций, который и составит технологический кластер. Подготовленный пакет документов будет представлен на рассмотрение президенту Российской Федерации.

Светлана Галынина

Просмотров: 1214