Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Тонкая грань между наукой и техникой

№ 10(97), 31.10.2013 г.
В 2013 году для всех экономистов мира случилось неожиданное: впервые после 1997 года Нобелевскую премию по экономике получили исследователи финансового рынка. Американцам Роберту Шиллеру, Питеру Хансену и Юджину Фаме премия присуждена совместно «за эмпирический анализ цен активов». В словах «эмпирический анализ» скрывается нечто особенное, отсутствовавшее в прежних формулировках Нобелевского комитета. 
Для Нобелевской премии, на первый взгляд, получается как-то мелковато. Если бы премию дали за выводы из этого анализа, тогда бы другое дело. Но в обращении к сфере их деятельности, то здесь еще больше парадоксального. Объяснение парадокса начну с того, что всему миру регулярно сообщают про индекс Доу-Джонса — главный показатель деловой активности. Появился этот индекс в 1880-е годы, когда Чарльз Доу, издатель ведущей деловой газеты США Wall Street Journal, выдвинул гипотезу, что динамику цен активов можно прогнозировать. В 1900 году французский математик Луи Башелье доказал, что это не так. И он теперь известен только немногим специалистам. 
Последователей Доу с тех пор всегда было больше, чем у его противника. Масса исследователей и практиков занята анализом биржевых цен, который разделился на два направления: технический и фундаментальный анализ. Последний состоит в изучении длинных рядов и выделении в них трендов и циклических колебаний. Он близок к тем методам, какие используются в естественных науках. Технический анализ — экзотическое явление анализа динамики цен, приемы анализа коротких рядов, при которых в динамике цен и продаж выделяются некоторые типовые изменения (шейпы). Один из лауреатов 2013 года в большей степени склонен к фундаментальному анализу (П. Хансен), другой — к техническому 
(Р. Шиллер), третий же считает, что оба бесполезны (Ю. Фама). 
Как иронично отметил один из комментаторов, лауреаты напоминают четырех слепцов, которые ощупывают слона. Одному под руки попался хобот, другому — нога, третьему — брюхо, четвертому — хвост. У каждого из лауреатов свое мнение относительно этого слона, который называется «финансовый рынок». Но никакой иронии нет в заявлении Нобелевского комитета, где говорится о том, что лауреаты «заложили основы понимания цен на активы». Впрочем, от понимания до полноценной теории расстояние большое. Еще один комментарий парадоксальной премии сводится к тому, что вручение одной премии двум противникам Ю. Фаме и Р. Шиллеру — это все равно что вручить одну премию по физике Копернику и Птолемею. Р. Шиллер критиковал концепцию Ю. Фамы, это было хорошо известно. Это объединение противников, по-разному понимающих основы теории финансов, — решительный шаг Нобелевского комитета. 
В объяснении Нобелевского комитета говорится, что понимание того, как формируется mispricing, то есть дефекты ценообразования на фондовых рынках и того, как и почему финансовые рынки не отражают эффективно доступную информацию, — одна из важных задач будущих исследований, а не только достижение лауреатов. Объединение противников в одну группу лауреатов представляет собой признание достижений тех, кто пытается ответить на один из важнейших вопросов современной мировой экономики: как случайные колебания цен в крат-
косрочном периоде определяют дефекты ценообразования в долгосрочном периоде и как это связано с психологией. Это в перспективе может принести избавление от финансовых «пузырей», чуть было не оказавшимися роковыми для мира в 1998-м и 2008 году. И, как увидим, выводы новых лауреатов-экономистов очень далеки от мыслей типа «все они жулье» или «давайте накажем».

Сердитый экономист

Нобелевские премии по экономике дают обычно за теорию, позволяющую в будущем лучше понимать явления экономической реальности. Физикам хорошо, им могут дать «нобелевку» и за результаты эмпирического анализа, экспериментов или природных явлений. И вот теперь облегчение пришло и к экономистам. Премия «за выявление особенностей функционирования финансового рынка» наиболее близка к исследованиям Юджина Фамы, более близким к факту, чем к теории. 
Термин «grumpy economist» Юджин Фама получил за то, что многократно выступал с жесткими статьями на злобу дня. Он профессор бизнес-школы Чикагского университета, лауреат трех ключевых премий для специалиста в сфере финансов: премии Deutsche Bank (2005), премии Morgan Stanley за выдающиеся достижения в области экономической науки (2007) и премии Онассиса в области финансов (2009). 
Ю. Фама наиболее известен как автор так называемой «гипотезы эффективного рынка» (Efficient Markets Hypothesis – EMH), согласно которой вся информация уже заложена в стоимость ценных бумаг. Приводя аргументацию своей гипотезы, Ю. Фама создал несколько рыночных концепций, которые до сих пор применяются экономистами и инвесторами. Первая публикация на эту тему была сделана в 1969 году совместно с тремя коллегами1,  а еще через год — уже в одиночестве2.  Только через 21 год появилась статья, на которую ссылаются теперь все3.  До Нобелевской премии осталось всего ничего, еще 22 года.
Финансовый рынок состоит из валютного рынка и рынка капиталов, причем в каждой из частей существует еще и кредитный рынок. Валютный рынок включает не только деньги, но и краткосрочные долговые обязательства, являющиеся обычно безопасными и высоко ликвидными вложениями. На рынке капитала обращаются долгосрочные обязательства. Рынок эффективен, когда информация быстро отражается на ценах. Тогда информация содержится в ценах, и их анализ повышает эффективность действий инвестора. В этом плане под эффективностью рынка понимается, в первую очередь, его информационная эффективность. ГЭР состоит в том, что текущие цены содержат всю доступную информацию и являются несмещенными оценками ценности (стоимости) инвестиций. 
ГЭР является одним из базовых допущений современной финансовой науки. В ней оформлена идея о том, что информация быстро и эффективно мгновенно включается в структуру цен, а информацию о прошлых ценах нельзя использовать для прогноза. 
Информационная эффективность рынков имеет основания в конкуренции. Нет конкуренции, нет свободного входа на рынок — рынок не может быть эффективным. Эта относительно простая идея подтверждена многими десятилетиями эмпирического анализа, результаты которого показывают, что она не так уж и проста. 
Главный вывод из эмпирических исследований состоит в том, что рынки более близки к эффективности, чем считали ранее. Меня лично это поражало всегда. Но, в отличие от лауреатов, я довольствовался двумя примерами, которые производили впечатление на первокурсников, но к науке имели косвенное отношение. Пример первый: если хочешь знать, какой погода будет в выходные, не слушай синоптиков. Сходи в пятницу на рынок и узнай о ценах. Если они упали, погода будет плохой, если держатся на уровне, то она будет прекрасной. Второй пример: вечером свергли Бокассу, императора Центральной африканской республики (была такая в 1970-е годы), утром следующего дня на филателистическом рынке Новосибирска (в Африке еще ночь, никаких официальных сообщений не было) цены на почтовые марки ЦАР взлетели в 10 раз: их больше не будет, они сразу стали раритетом. 
Эмпирические исследования, какие кроме лауреатов проводили многие экономисты мира, оформились в так называемую Модель ценообразования капитальных активов (МЦКА), или Capital Asset Pricing Model (CAPM).

Второй пророк

Второй лауреат — профессор Йельского университета Роберт Шиллер всегда публично заявлял, что не верит в гипотезу эффективного рынка. Поэтому есть некая интрига в том, что они получили Нобелевскую премию в одной связке. В 2007  г., за год до краха Lehman Brothers и начала мирового кризиса, он предсказал скорые потрясения на рынке недвижимости США и последующую панику на финансовых рынках. В 2011 г. Р. Шиллер вошел в список 50 самых влиятельных людей финансового мира по версии Bloomberg. По версии RePEc он на момент присуждения премии находился на 79 месте, ниже двоих своих коллег по премии. 
Эксперты долгие годы именно его называли ключевым претендентом на Нобелевскую премию по экономике с вероятной формулировкой за «исследования волатильности финансового рынка и динамику цен на активы». В 2006 году он предупреждал о риске глобального кризиса, который стал возможным из-за появления «теневой банковской системы», выполняющей функции банков, но фактически не регулируемой. 
Р. Шиллер в чем-то похож на другого нобелевского лауреата — Пола Кругмана. Он публичен и часто появляется на страницах деловой прессы. Есть русский перевод его книги «Иррациональный оптимизм»4 об особенностях психологии игрока на биржевом рынке. 
Специалистам Р. Шиллер известен по индексу Кейса-Шиллера — индексу рынка цен на жилье, который используется для общей оценки динамики экономического развития. Индекс оказался неплохим коммерческим продуктом — вместе с двумя коллегами 
Р. Шиллер создал компанию, которая с 1980 года торгует значениями этого индекса под эгидой известного агентства Standard & Poor's. Методология расчета индекса всем известна, но юридически защищена.

Новый классик математической статистики

Профессор Чикагского университета Ларс Питер Хансен — создатель обобщенного метода моментов (ОММ), самый молодой из трех лауреатов — ему всего-то 60 лет. В 1982 году П. Хансен предложил уникальный статистический метод — обобщенный метод моментов, ОММ (GMM — Generalized Method of Moments), применяемый для оценки неизвестных параметров распределений и взаимосвязей через обобщение классического метода моментов. «Момент» в данном контексте означает не чудное мгновение, а некоторую функцию одной или многих случайных величин, чаще всего произведение их или квадрат одной из них. Наиболее распространенным моментом одной переменной является дисперсия. Кроме нее есть еще показатели скошенности и эксцесса. Наиболее распространенный момент двух случайных переменных — коэффициент корреляции и т. д. Чтобы любая случайная функция имела смысл, нужно ввести некоторые ограничения на сами случайные функции. Например, утверждать, что они подчиняются некоторому теоретическому распределению (нормальному, равномерному и т. д.) либо изменяются в определенных интервалах и т. п. Эти ограничения и задаются моментами.
Обобщение метода моментов означает, что число условий превышает количество параметров, которые необходимо оценить. В общем случае такая задача решения не имеет, и Хансеном предложено минимизировать некоторый функционал, позволяющий получить приближенное решение.
Всем, кому знаком метод наименьших квадратов (МНК), обобщенный метод моментов может быть описан по аналогии: в МНК минимизируется квадратичная функция (сумма квадратов отклонений расчетных данных от фактических), в ОММ — любая квадратичная функция, на которую наложены некоторые условия. 
По сравнению с Робертом Шиллером П. Хансен исследовал дефекты в цено-
образовании более приземленно, в меньшей степени отвлекаясь на категории типа «склонность к риску» и т. п. Тем не менее он выявил те внешние факторы, когда игроки становятся более осторожными или когда готовы платить больше.
В 2010 году П. Хансен был удостоен награды фонда BBVA «Границы познания в экономике, финансах и менеджменте» за фундаментальный вклад в понимание того, как экономические субъекты справляются с условиями риска и динамичных изменений. 
П. Хансен стал 12-м профессором Чикагского университета, получившим Нобелевскую премию по экономике, и сделал университет недостижимым для других вузов мира по числу лауреатов-экономистов. 
Вот такие они, «Chicago boys».
Просмотров: 1858