В номере Март 2018
Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Игорь Диденко:«Выстрел у тебя всегда один»

№ 2(101), 02.04.2014 г.
— Игорь Анатольевич, мы знаем, что Вы увлекаетесь стрельбой. Какой именно — стендовой, пулевой?
— Я увлекаюсь стендовой стрельбой, которая делится на олимпийские виды — skit (круг), too trap (траншея) и другие; и неолимпийские под общим названием sporting, или по-русски — спортивно-охотничья стрельба. Sporting также подразделяется на несколько видов: sporting-compact, real sporting, sport-trap и спортинг-дуплетная стрельба. Разнообразие расстояний, мишеней и ландшафтов делают этот вид стрельбы для меня наиболее интересным.
Появился этот спорт в Англии как развлечение аристократов. Стреляли в кругу по выпускаемым с двух вышек голубям. Однажды разорванный пополам голубь обляпал кровью белое платье сестры королевы, и стрелять по живым голубям запретили. Сначала применяли стеклянные шары, затем глиняные тарелки. От этого и произошло название clay pidgin shooting — стрельба по глиняным голубям. Сейчас диски делают не из глины, но название осталось.
— А из какого материала их делают теперь?
— У нас, в России, диски прессуют из угольного порошка, в Европе — из экологически чистых быстроразлагающихся материалов. Связано это с тем, что соревнования проводятся в обычных, а не специально отведенных местах, например, на кукурузных полях, в парках, куда люди приезжают на пикник. После соревнований жизнь идет своим чередом — как люди отдыхали, так и отдыхают.
— Значит, и в соревнованиях участие принимаете?
— А как же! Хочется чего-то достигать, развиваться, превосходить самого себя, бороться. Я первую грамоту от отца получил (он был руководителем Кулундинского отделения ДОСААФ), выиграв в личном зачете. Были раньше такие соревнования — «Мы с папой меткие стрелки». Это очень приятно, когда наградную грамоту подписывает отец. Она у меня до сих пор самая любимая.
— Каких высот удалось достичь? Входите в первые 50 стрелков России?
— За два года занятий спортингом, стал кандидатом в мастера спорта. На мастера пока не сдал: по измененным нормативам требуется попадать в 184 мишени из 200. В прошлом году на чемпионате Европы стал 350-м, «на мире» — 493-м. В пятьдесят лучших стрелков России, наверное, еще не вхожу; скорее, в сотню или семьдесят. (Смеется.) Пока высший результат — третье место в командном Кубке России.
— Для двух лет очень большой путь. А что дает Вам увлечение стрельбой?
— Стрельба — очень энергозатратный вид спорта. Каждый выстрел — это как мини-соревнование. К примеру, бегун пробежал — и все, а стрелок должен побеждать снова и снова, с каждым выстрелом. Стреляешь четыре дня по пятьдесят мишеней, и борьба часто происходит до последнего выстрела. Например, ты не попал в первую мишень, и нужно собраться, чтобы не сделать «голландца» (двойной промах, или «голый» дуплет). Ведь один промах может изменить твое положение в таблице мест на 30. Это помогает становиться стрессоустойчивей, быстро принимать решения, «собираться» после неудач. Как мы ведем бизнес? Ставим цель, намечаем пути достижения, принимаем решения и реализуем их. В стрельбе то же самое: если начнешь переживать, отвлекаться — будешь «мазать». Если не сумеешь настроиться, поставить цель и принять решение после промаха — промах будет снова и снова. Так и в бизнесе: не сможешь принять промах, поставить новую цель и идти к ней — бизнес рухнет. Повторюсь: нужно быть очень стрессоустойчивым. Не зря говорят: среди стрелков психов не бывает. Стрельба эмоционально дисциплинирует. По натуре я очень эмоциональный, порой излишне энергичный, но за два года занятий стрельбой стал намного более спокойным, рассудительным. Внутри у меня может все кипеть, но до принятия решения, будь то вопрос бизнеса, семьи или «поход в театр», держишь себя в руках, все взвешиваешь и принимаешь четкое и ясное решение. Все потому, что в тарелку невозможно выстрелить дважды одним патроном. Выстрел у тебя всегда один. Должна быть четкая цепочка: контакт с целью, ее восприятие, принятие решения, прокручивание в голове «видеофильма», как это будет происходить, и воплощение. Наработана у тебя техника или нет, новичок ты или мастер, не важно — выстрел сначала «создается» в голове. Это как с мечтой: строим иллюзорный план пути ее достижения, который потом и стараемся пройти. На соревнованиях этот процесс происходит по двести раз. Так что стрельба для меня — это личностный и профессиональный рост. Ты промазал, судья пишет тебе промах. Но вторая мишень уже летит. Ты должен «сработать», не отвлекаясь на свой промах, взять на себя ответственность, принять решение и сбить вторую мишень. Это как связь прошлое-настоящее-будущее. Твой промах — это прошлое. Судья уже записал результат, и этого не изменить, только принять. Летящая мишень — твое настоящее, а результат, который запишет судья, — будущее. Ты должен работать только с настоящим, работать так, чтобы создать нужное будущее — тот результат, который запишет судья. И любое желание, боязнь, приведут к новому промаху. Когда ты начинаешь, промазав по первой мишени, стабильно попадать во вторую, ты создаешь свою технологию работы над ошибками, неправильными решениями, неудачами. Учишься их трансформировать в победы, в успех. Это помогает в бизнесе, семье, социуме. Все это и дает мне стрельба.
— Прозвучала интересная мысль: «Среди стрелков психов не бывает». Выходит, Закон об оружии будет чрезвычайно полезен: люди начнут практиковаться в стрельбе и самодисциплинируются?
— Я бы разложил этот вопрос на несколько составляющих. Владение оружием — это, прежде всего, большая ответственность. Сколько происходит нелепых случаев: от самострела до несчастий с детьми, имеющими доступ к оружию. Я не говорю о таких случаях, когда кто-то пошел стрелять в школу, это уже клиника. Гладкоствольное оружие, из какого стреляем мы, может получить каждый нормальный человек. Понятно, что психически больным, алкоголикам и наркоманам получить его невозможно, так ведь это и есть профилактика, «прививка». Намного сложнее с нарезным оружием, но и его со временем получают все желающие.
Теперь по поводу «практиковаться». Стрельба — это достаточно дорогой вид спорта. Особенно в России. Дешевле тренироваться на Кипре, даже с учетом проживания и питания. Патрон у нас стоит от 14 рублей, там — четыре-пять. Тарелка у нас от 12 до 18 рублей, а у них от пяти. За тренировку делаешь порядка двухсот пятидесяти выстрелов, и она обходится в семь, а то и в десять тысяч. Многие ли люди станут «практиковаться» за такие деньги? Так что вопрос не в Законе об оружии. Кто хочет стрелять, тот стреляет. Кто желает получить оружие — приобретает. И не стоит кивать на Америку — там конституционно прописано право каждого человека на самозащиту и есть исторические корни его свободного ношения. Важнее другое.
Оружие — это действительно опасно, и на соревнованиях и тренировках принимаются все меры, чтобы исключить любую случайность. Ограничивают возможность стрелка повернуться, натягивают специальные сетки, уменьшают размер дроби, уменьшают заряд пороха. Все это позволило снизить абсолютно безопасную дистанцию до стрелка 
с 200 до 100 метров. Очки и наушники, защищающие органы зрения и слуха, позволяют человеку, случайно оказавшемуся в секторе стрельбы, обойтись без травм на расстоянии до 50 метров.
— Вы, наверное, очень любите и охотиться?
— Охота мне интересна постольку-поскольку. Не скажу, что мне нравится убивать. Достаточно добыть одну-две птицы, но часто приходится помогать тем, кто «делает» подранков, чтобы дичь не гибла бесполезно. Единственный раз, когда я добыл действительно много дичи, — охота на голубей в Африке, но это была двойная «гуманитарная помощь», — снова смеется Игорь Ана-тольевич. — Убивая голубей, спасаешь посевы и кормишь местных жителей, которые бегают буквально под выстрелами, собирая птиц, и тут же их готовят. С этими африканскими голубями было интересно: их скорость до 110 километров в час, причем они способны очень быстро менять направление. Когда я за полчаса сбил всего десяток, возникло недоумение: как же так? Спрашиваю у товарища: «Эрик, что не так?» Он отвечает: «Ничего. Просто у тебя еще никогда не было таких быстрых тарелок!» (Смеется.) Сосредоточился, стал действовать агрессивно, но плавно, и все получилось. Бывают и курьезы, когда у костра тебя учат стрелять как новичка, потому что люди здесь охотятся по 20 лет и все знают, а на зорьке ты добываешь птицы больше, чем все остальные. Ведь охотник и стрелок — это не одно и то же. К примеру, можно всю жизнь ездить в небольшой деревне и теряться в крупном городе, а можно за пять лет в крупном мегаполисе с его плотными потоками стать классным водителем. Но это не значит, что ты стал гонщиком.
— А как обычному охотнику, стрелку-новичку типа меня, научиться лучше стрелять, не тратя по десять тысяч на тренировке? Как «стать гонщиком»?
— Для тренировки не обязательно тратить по двести — триста патронов за раз. Вполне можно тренироваться дома, поставив на ствол лазерную указку и совместив включение с курком. Тренировать поводку, учиться не концентрироваться на мушке или прицельной планке. Главное — мишень. Ошибка новичков в том, что, ведя цель и решив стрелять, они останавливают движение. Действовать нужно агрессивно и плавно. Не бояться, что мишень улетит. Сосредоточиться на ней, рассмотреть ее, увидеть. Англичане говорят: Take your time — не спешите, используйте свое время. Не нужно лихорадочно сверять положение мушки, прицельной планки и упреждение. Вспомните, когда вы указываете на что-то пальцем, вы не «наводите» его, но если проверить, окажется, что он направлен как раз туда, куда нужно. При этом вы не думаете, под каким углом согнуть сустав и как управлять пальцем, — вы просто показываете. Также и в стрельбе: сосредоточтесь на том, куда собираетесь попасть, и стреляйте. И все получится!
Ярослав ШКРЫЛЬ
 
Просмотров: 2704