Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Возрождение станкостроения по Масалову

№ 4(115), 30.04.2015 г.
Проблемы-то очевидны. И неоднократно озвучены. Прежде всего это острый дефицит квалифицированных кадров на всех уровнях, изношенность основных фондов, несоответствие технологической базы современным требованиям, недостаточность собственных финансовых ресурсов, высокие процентные ставки банковских кредитов, несопоставимые со ставками зарубежных конкурентов, тяжелая  налоговая нагрузка, рост тарифов на энергоресурсы… и многое другое. 
Свое видение комплекса станкостроительных «надо», которые позволят отрасли пройти путь от возрождения до полномасштабного развития, «СДС» изложил генеральный директор ОАО «Сиблитмаш» Анатолий Масалов

К станку — сообща

Сложившаяся в отрасли ситуация в очередной раз доказала, что решать системные проблемы отдельно взятому руководителю никакой возможности нет. Преодоление накопившихся вопросов возможно лишь совместными усилиями.  
В России на базе исчезнувших в свое время министерств — сельскохозяйственного машиностроения, тяжелого машиностроения,  станкостроительной и инструментальной промышленности,  по сути, не возникло каких-либо объединений и ассоциаций руководителей.  Но есть иск-лючения. В начале 90-х бывший министр станкостроительной и инструментальной промышленности СССР Николай Паничев собрал руководителей отрасли и сказал, что если мы не создадим структуру, которая нас объединит и позволит держаться вместе, мы все потихоньку развалимся. В итоге мы, руководители заводов Москвы, Санкт-Петербурга, Рязани, Иваново, Воронежа, Барнаула и других городов, стали акционерами созданной Российской станкоинструментальной компании «Росстанкоинструмент». 
Ассоциация постепенно набирала обороты, придя к своему нынешнему статусу, однако вначале мы собирались с тем, чтобы обсудить, как быть дальше: создавалось совершенно новое государство, рождались новые системы управления, мы же по большому счету не имели об этом никакого представления. Так находились эффективные решения, на встречи с руководителями приглашались консультанты, которые помогали нам правильно позиционировать себя в сложившейся ситуации, идти верными путями выживания, а впоследствии — и  развития. Первая задача — сохранение предприятий отрасли была таким образом решена. 
Ее сменила новая повестка дня — проб-
лема с заказами и обеспечением людей работой. Это было время, когда мы брались за любые заказы. «Сиблитмаш», который занимался изготовлением крупных машинных станков и комплексов литья под давлением, делал стеклоавтоматы для производства стеклянной тары. В этот же момент началась совместная с Институтом горного дела СО РАН работа над пневмопробойниками разного калибра для бестраншейного способа замены коммуникаций. 
С 1997 года мы начали заниматься  оборудованием для металлургов, для коксохимии. С обеспечением предприятия заказами опять же помогала Ассоциация. Таким образом решалась задача 
№ 2 — жить, работать и развиваться. 
Третья задача, которую перед собой поставила Ассоциация, — лоббировать интересы станкостроителей во всех государственных структурах и органах, сохранив тем самым отрасль.
Эта задача плодотворно решается, проявляясь в виде той или иной формы государственной поддержки отрасли. Так, в программу «Национальная технологическая база», рассчитанную на 2011—2016 гг., 
вошла подпрограмма «Развитие отечественного станкостроения и инструментальной промышленности», которая предусматривает выделение порядка 17 миллиардов рублей на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ и создание опытных образов. Подпрограмма начала работу в 2012 году, и в настоящее время многие предприятия отрасли заключили госконтракты с Минпромторгом, проводя такие исследования и создавая опытные образцы. 
Более того, понимание, что перспективы России в части общения с коллегами Запада и Америки будут очень непростыми, возникло не сегодня, в связи с чем на станкостроение было обращено еще более пристальное внимание. Внимание, которое, в частности, выразилось в появившемся постановлении правительства, запрещающем ввоз из-за рубежа оборудования, если таковое производится на территории России. Ряд предприятий обманным путем выдают импортное оборудование за отечественное. Но, поскольку все шито белыми нитками, на министерском уровне наводится порядок. В постановление с поправкой на запросы сегодняшнего дня вносятся необходимые коррективы. 
В рамках этой работы на базе 
СТАНКИНа был открыт государственный Инжиниринговый центр для разработки новых технологий. Центр оснащен прекрасным оборудованием, что позволяет разрабатывать современные технологии и опытные образцы, которые впоследствии будут серийно выпускаться предприятиями станкостроительной отрасли. По большому счету, в 1990—2000-е годы отраслевая наука практически исчезла, сегодня же создается попытка ее таким образом реанимировать. 
Кроме того, создана еще одна государственная структура — Станкопром, призванная целевым образом «завести» выделяемые в рамках госзаказа деньги в нашу отрасль. 
Не без помощи Минпромторга и непосредственного участия членов Ассоциации на уровне правительства принято решение о выделении регионам порядка 160 миллиардов рублей на поддержку непосредственно проектов промышленности. 
Эти объявленные и принятые меры призваны прежде всего снизить зависимость от импорта, на деле решая задачи по модернизации технологической базы машиностроительного комплекса России. Важно, чтобы они смогли эффективно сработать в срочном режиме, столь необходимом предприятиям. 

Вектор реиндустриализации 

Полагаю, что для того чтобы провести реиндустриализацию правильно, а потом уже говорить об импортозамещении, мы должны прекрасно понимать, что будем делать: создать соответствующую технологию, подготовить специалистов, а потом уже покупать оборудование. Не должно быть ситуаций, когда прежде купил станок, а потом сидишь и любуешься на него, пытаясь придумать, что на нем делать. 
Я думаю, что в разговоре о реиндустриализации стоит взять на вооружение опыт 60—70-х годов. Так, в свое время Ивановский станкозавод, подтянув технологии японской компании Fanuc, отраслевую науку и специалистов, создал технологию, которая позволила закрыть вопрос по обрабатывающим центрам в масштабах страны. По такому же пути пошел Воронежский завод тяжелых механических прессов, который сегодня 98% продукции поставляет на экспорт.  
Что сделал «Сиблитмаш» в свое время? В 1975 году мы приобрели лицензию немецкой фирмы KUNKEL-WAGNER GmbH (КЮНКЕЛЬ-ВАГНЕР) и переработали ее «под себя». К этому процессу подключилась и наука —
Производственная деятельность станкозаводов России в 2014 году:
- Объем производства товаров и услуг снизился и составил 5567,2 миллиона рублей, динамика составила 91,6% к соответствующему периоду 2013 года (в  2013 г.— 5982,3 миллиона рублей). 
- Объем производства металлорежущих станков составил 1559 штук  на сумму 4024,4 миллиона рублей (в 2013 — 2037 штук на сумму 3584 миллиона рублей) 
- Динамика выпуска металлорежущих станков составила 112% в стоимостном выражении и 76% — в натуральном выражении. 
- Средняя стоимость станка по комплексу выросла на 46% и составила 2,566 миллиона рублей. 
- Объем производства станков с ЧПУ вырос и составил 379 штук на сумму 2843,9 миллиона рублей (в 2013 г. — 369 штук на сумму 2178,5 миллиона рублей).  
- Динамика выпуска станков с ЧПУ составила 131% в стоимостном  выражении и  103% — в натуральном выражении. 
- Средняя стоимость станка с ЧПУ выросла на 27% и составила 7,511 миллиона рублей.

Институт ядерной физики СО РАН, Институт теоретической и прикладной механики СО РАН. В результате общих усилий у нас появилась новая гамма машин, благодаря которым мы, по большому счету, заменили немецкие, японские и американские автоматические линии. Это был не просто шажок вперед, а целый рывок, пример импортозамещения и реиндустриализации в одном флаконе, под конкретный проект. 
Поэтому я категорически не согласен с подходом к реиндустриализации путем разработки множества проектов и программ. Нужна конкретика — подо что, куда и зачем мы будем развивать то или иное направление. 
Еще пример к вопросу об импортозамещении. В рамках госзаказа по подпрограмме «Развитие отечественного станкостроения и инструментальной промышленности» инженеры завода разработали новую машину для литья под давлением. Одним из условий исполнения заказа было использование системы управления на базе отечественной элементной базы. 
В результате длительных поисков мы вышли на фирму «Модульные системы Торнадо», которая располагается в новосибирском Технопарке. Сотрудники компании разработали нам програм-
мный продукт безлюдной технологии с визуализацией контроля всех параметров. Оператор может управлять несколькими комплексами одновременно, находясь в другом помещении, — система не позволяет выпускать некачественные детали. Проект «Торнадо» — пример развития отечественных технологий, которым необходимо помочь выйти на серийное производство для всего станко- и машиностроения, а не отдельных предприятий. 
Это проект, в который нужно вкладывать деньги — как бюджетные, так и предпринимательские, поскольку он может «потащить» за собой огромную цепочку предприятий, науку и даже целые отрасли. 

Предприятия — в энергошоке

В период тяжелейшего состояния экономики, когда вливание идет в банки, уже достаточно серьезно повысившие кредитные ставки, ценовая политика естественных монополий приводит, мягко говоря, в недоумение. Как известно, в 2013 году создан оптовый рынок свободной торговли электроэнергией.
Исходно стоимость 1 киловатта электроэнергии составляла  1,65 рубля. 
С 1 июня 2013 года тариф снизили до 1,49 рубля. Но вместе с тем были введены новшества: в отношении юридических лиц стал действовать определенный набор тарифов. Мы, исходя из собственных потребностей и производственных задач, попали в третью категорию, которая изначально предусматривала стоимость мощности в размере 245 рублей за киловатт. 
Однако произошел колоссальный рост тарифов на мощность: в феврале по отношению к предыдущему году стоимость увеличилась в 1,85 раза. А по отношению к июню 2013-го в феврале этого года цена выросла в 2,1 раза. 
Учитывая энергоемкость производства, в какой-то момент я буду вынужден попросту остановить печь, поскольку плата за электроэнергию приводит к банальным убыткам, забирая львиную долю доходов предприятия.  
Более того, максимальные нагрузки на энергосистему, о которых нас официально извещают, на деле не соответствуют заявленным.  Поэтому я узнаю, по какой цене покупаю электроэнергию, лишь в середине следующего за отчетным месяца.
Я считаю преступлением в период тяжелейшей ситуации в экономике замалчивать решение этого вопроса.  
Члены Межрегиональной ассоциации руководителей предприятий выступили с официальным обращением к властям города и области по этому поводу.  
Елена ТАНАЖКО
Просмотров: 796