Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

ВО ИМЯ ПАВШИХ И ЖИВЫХ ВО ИМЯ...

№ 5(116), 03.06.2015 г.
Вспоминать этот день и наполнившие его события сегодня радостно и грустно одновременно. С радостью все  просто. Радостно, потому что 70 лет мы живем в мире.  Что, несмотря на столь серьезную временную дистанцию, отдалившую нас от мая 1945-го, мы помним и чтим ветеранов этой самой страшной и долгой из войн. И просто потому, что мы родились, родили детей и внуков, мы живы, мы есть. А вот с грустью сложнее: слишком много оказалось поводов огорчиться для такого праздника. 
К величайшему изумлению, к 70-летию Победы в нашем обществе одинаково пафосно отнеслись не все. Мне, выросшей в семье фронтовика, где фронтовиками были и отцы, и братья родителей, и в которой День Победы всегда был и есть самым почитаемым из праздников с искренней слезою на глазах, оказалось непросто пережить многое из того, что вскипело позже грязной пеной и вокруг самой исторической даты, и вокруг инициативы «Бессмертный полк». Кто-то (кстати, хорошо образованный и претендующий «глаголом жечь») неожиданно и обескураживающе заговорил о наших солдатах как оккупантах-варварах на территории поверженной Германии, кто-то — об «обязаловке» встать в почетный строй «Бессмертного полка», кто-то выложил в соцсетях и интерпретировал по собственному усмотрению некие фотоснимки, дискредитирующие это поистине народное движение. 
Для тех, кто поддержал эту злую и лживую пропаганду в СМИ, расскажу со всеми «бытовыми» подробностями, как все было на самом деле, по крайней мере, в Новосибирске.
Пройти вместе с полком мы в семье решили впервые, а потому хлопотали и волновались всерьез. Самым трудным оказался вопрос, чьи портреты все-таки «поставить в строй» — героев войны (да, да, я настаиваю — Героев!) с обеих сторон да еще с учетом родственников влившихся в семью снох оказалось для одного семейного клана и нескольких пар рук многовато. Договорились, что это будут для начала самые близкие по родству. Правда, с изготовлением одного из штендеров немного припозднились — на тот момент в городе заказы  уже не принимались. Спасла  рекламно-производственная компания Printerior, не закрывшая прием заявок и обязующаяся исполнить все прямо к 8.00 утра 9 мая. 
Однако, как лучше не получилось, а вышло как всегда. Воодушевленные предстоящим, мы явились за  заказом, как и было велено, — «лучше пораньше». В помещении фирмы толпились недовольные: исполнитель, как стоило предположить, своего обещания не сдержал. Люди проявили недовольство, и ситуация вышла из-под контроля. В ход пошли какие-то списочки, по которым кому-то оперативно выносили готовые работы, а ожидающие с 7.30 утра нервничали и волновались все серьезнее. Не обошлось без перепалок и  ляпов: некоторые обескураженные заказчики обнаруживали женские фото, подписанные именем их фронтовика мужского пола, кому-то исказили имя или фамилию и так далее. Пытаясь спасти репутацию фирмы, одна из ее находчивых представительниц вполголоса сообщила, что ни за что не стали бы выполнять эту работу в последний момент, если бы не «указание сверху», на что резонно возник вопрос: а почему такое указание было дано только одной фирме в городе? Судя по всему, вот именно так и рождаются слухи и домыслы...
Отчаявшись получить  недостающий штендер, с пылающими щеками от подскочившего давления и трясущимися руками «рванули» на площадь. Настроение было порядком испорчено.
Народ уже организованно выстраивался в шеренги возле «Глобуса» — благо для этого не требовалось никаких формальностей. Колонна растянулась невероятно, и нам в довершение ко всему грозила перспектива потомиться под палящим солнцем в самом хвосте на подступах к площади. К счастью, нашлись места в середине шеренги. Здесь царило приподнятое настроение и легкое волнение ожидания. Волонтеры раздавали воду, люди весело переговаривались, шутили и старались выстроиться по всем правилам. Наконец, вернулось ощущение праздника и торжественного величия момента, ради которого мы встали в шесть часов утра, изрядно перенервничали и прошли при-и-иличное расстояние на своих двоих. 
Осмотрелись. Рядом — чета нашего возраста; довольно пожилой мужчина, которого под руку поддерживала  тоже уже солидного возраста дочь; девочка-подросток с отцом или братом; совсем молодая пара с крошечной девочкой, сидящей на шее отца; женщина с младенцем в коляске; средних лет мужчина с двумя сыновьями — все одетые в армейскую форму и пилотки фронтовых лет. Но более всего меня поразили те, кто пришел просто с портретами,  снятыми прямо со стен (простое и правильное решение проблемы), которые они то держали у груди, то поднимали над собой. А один молодой человек в клетчатой рубашке — так и вижу до сих пор его клетчатую спину — нес и нес такой портрет на поднятых руках, почти не опуская их для передышки.
Вскоре колонна стала потихоньку перемещаться. В небе появились самолеты, и все дружно закричали «Ура!» Шеренги состояли из пятнадцати человек. Двигаться в них простым шагом, удерживая стройность рядов, было непросто. Но мы старались, и  нам не было это в тягость.  У нас была в тот момент одна общая судьба, одно устремление — достойно пронести славу семьи, одна на всех Победа. И это выравнивало наши ряды и укрепляло наш дух.
Кульминацией шествия стал выход на площадь, где нас — о, диво! — ждали зрители, не ушедшие с трибун и тротуаров после парада. Они махали и аплодировали нам, кто-то вытирал слезы. А мы гордо шли, преисполненные чувства исполненного долга, чувства причастности к судьбе огромной страны, выстоявшей и победившей в самой страшной из войн.
Хотя… и тут не обошлось без курьеза. Передние ряды вдруг поредели, и мы как-то внезапно оказались в центре площади небольшой рассеянной толпой. Укор координаторам движения:  здесь не были выставлены направляющие, чтобы завернуть колонну ближе к трибунам, поэтому многие просто растерялись. Основной поток все же сделал небольшой поворот и двинулся дальше. 
И парень в клетчатой рубашке все так же шел с поднятым над головой портретом, хотя его никто не обязывал к этому…  Слышите, вы, скептики и злопыхатели, родства не помнящие,  все так и было! И не смейте  мазать память наших отцов псевдоинтеллигентскими слюнями — «а победители-то оказались…», не выскребайте мусор истории из кривых закоулков и не сыпьте его нам и себе на головы!  Не злобьте нас, детей фронтовиков, не отнимайте гордости за них у еще помнящих их внуков и правнуков!  Мы пойдем этим строем снова и снова, и нас будет все больше, потому что мы постараемся теперь задолго «до» оформить  портреты всех своих близких, погибших на войне, или умерших от фронтовых ран уже после победы, или ушедших от нас, состарившись...
А потом мы вышли из плотного кольца, окружающего площадь, и, не чувствуя особо усталости (что значит душевный подъем!), направились на поиски городского транспорта. Нас подхватил троллейбус, идущий по праздничному маршруту и делающий остановки «по поднятой руке». В него забегали люди — возбужденные, веселые. Усаживались, рассказывали друг другу о тех, кто запечатлен на фото их штендеров. А по улицам города прогуливались  тысячи людей, вышедших из своих квартир, чтобы приобщиться к всеобщему ликованию. Праздник получился настоящим. Всенародным. Нашим. Дай, Бог, чтобы он так и остался единственным по такому поводу в истории нашей страны. 
Наталья СЕКРЕТ
Просмотров: 886