Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

В судьбах отраженное время

№ 10(121), 28.10.2015 г.
Села с таким названием уже нет на карте Томской области. Осталась память и ныне здравствующие дети, внуки и правнуки тех, кем решением свыше был населен этот кусочек глухой тайги в роковые 1930-е годы. 
«На высоком берегу Улу-Юла, там, где река делает крутой поворот, в окружении лесов и болот стоял некогда поселок Захарково, — начинает Василий Ануфриевич этот  долгий и непростой рассказ. — Удаленный от цивилизации, затерянный в бескрайних лесных просторах «медвежий угол», в котором волею судеб оказались люди разных национальностей, сосланные сюда со всей страны. В 50-е годы — самый разгар нашего детства — нам казалось: нет на Земле лучшего места. Мы еще не знали, как трудно было нашим родителям выживать в тайге, такой жестокой после их теплых краев...»
О том и книга. Нет, не обида, а правда и любовь — к семье, к живописной природе, окружавшей Захарково, общности, населявшей этот затерянный мир, — всему тому, что зовется малой родиной. Поэтому без особых размышлений я решила поместить  материал под рубрикой «Культурная эволюция» — настолько ценно это  достоверное осмысление исторического контекста собственной жизни духовно, исторически, культурно. 
— Почему и для кого эта книга? — спросила я автора идеи и руководителя проекта Василия Веретено. Он ответил так же правдиво и без затей:
— Идея возникла в память конкретно о моих родителях и целом поколении, прошедшем через весьма трудный период — 30-е годы: процесс раскулачивания и выселение в места, не пригодные для жизни. Мой отец и дед были сосланы сюда из Молдавии, их привезли в товарных вагонах в лаптях. Судить о тяготах и трагизме этого периода можно по их рассказам, которые в те времена никто, конечно же,  не документировал, считая, что все так живут, и ничего удивительного в этом нет. Но все выглядит по-иному спустя время. В том числе и то, что такого забывать нельзя. Ни того времени, в котором жил я и многие другие люди в этом таежном тупике, ни своего детства, ни родителей, ни соседей, ни деревни в объемном понятии этого слова, которой теперь просто нет.  Она выполнила свою миссию — заготовку леса в 30-е годы. Сначала руками, потом на лошадях, затем — уже некоей маломощной техникой. И  просто необходимо оставить эти воспоминания поколениям, тем более что мои дети непосредственно участвовали в процессе создания книги из проиллюстрированных огромным количеством архивных фотографий трехсот страниц, равных трем годам работы. 
Идея вынашивалась больше трех лет. Для начала я посоветовался с земляками — как это будет воспринято? Я-то понимал, что моя семья — это срез большинства семей тех поколений, чьи судьбы объединились одним волевым решением. Но если объединило их одно несчастье, то счастлива каждая семья все-таки была по-своему. Моего деда, как и многих, сослали за умение трудиться, результатом чего стала земля, крепкое хозяйство, лавка, мельница. Он и отсюда убегал не однажды, но его всякий раз возвращали. Бабушка умерла, не выдержав тягот этой жизни, и похоронена где-то в томских болотах. И все же эти корни прижились — у отца нас уже было семеро. Шестеро здравствуют и поныне. Соответственно, племянников не счесть. Один из двоюродных братьев дорос до депутата  Госдумы.  То же и с другими семьями. 
Мы работали с томским областным архивом НКВД, где по крупицам собирали сведения о том времени, о жителях Захарково. Параллельно через районную газету обратились к его бывшим жителям и их родственникам с просьбой поделиться уцелевшими архивными документами, фотографиями. Люди откликнулись. И получилось то, что было задумано.
На презентации книги в Томске она была подарена в том числе представителям сорока пяти семей — захарковцев, принявших участие и в работе, и в этой встрече.
…А на той дороге, как и прежде ведущей в Захарково, я установил поклонный крест и беседку для путников со списком всех бывших жителей деревни. 
«Жизнь продолжается — это главный закон мироздания. Те, кто жил в Захарково, знают, как хрупок этот мир. Как легко можно нарушить его равновесие и все изменить в одночасье. Особенно сейчас, когда немало противостояний, конфликтов и природных катаклизмов. Поэтому так важно дорожить тем, что имеешь, — своими близкими и друзьями, тем общим, что объединяет нас, делает сильнее и внутренне богаче. Не рвать связи, поддерживать корни, растить будущую крону — на этом держится дерево жизни»…

Отрывки из книги

«Среди тех, кто прибыл в эти края в числе первых и строил поселок Захарково с нуля, — Куровские, Веретено, Репидо, Шубкины, Шадрины, Шулеповы, Савчук, Колгановы, Бойчук, Байкаловы, Таячковы, Дудченко, Кащи, Олей.
— Мой отец — с 1907 года: когда их сослали, ему было двадцать три. Поскольку ссылали не последних людей, то и менталитет, и среда, в которой мы росли, были своеобразными, — рассказывает Василий Николаевич Куровский. — Образования у наших родителей было немного — один-два класса, или, как тогда говорили, «зимы», но в силу своей практической сметливости они были в состоянии решать задачи, которые сейчас под силу только человеку с высшим образованием. У меня отец в последнее время работал техником лесного хозяйства, а это уровень среднего специального образования, у него же за плечами было всего три «зимы». Я преклоняюсь перед этим поколением: они достаточно быстро приняли все идеи того времени. Коммунистическая идеология, труд в основе всего, честный и добросовестный, — для них это было кредо, без всякого обсуждения».
«Сегодня Василий Николаевич Куровский — заслуженный учитель Российской Федерации, доктор педагогических наук, профессор кафедры социальной педагогики Томского государственного педагогического университета, и. о. директора Института развития образовательных систем РАО, автор около ста научных и учебно-методических работ».
Вот таких людей взрастило Захарково.
Есть в книге и увлекательный раздел – «Жизнь в лесу» называется. 
«Как-то оказалось, что у добытой медведицы остались медвежата. Три семьи взялись выходить осиротевших малышей. Одного медвежонка взял к себе Виктор Репидо, двое других жили в семьях Карауш и Селивановых. Выросли косолапые ручными, бегали с ребятишками купаться на озеро. Медведица Машка, жившая в доме Репидо, очень любила бороться, а если поединок заканчивался не в ее пользу, уходила куда-нибудь успокоиться. У Селивановых медвежонок вырос попрошайкой: ждал учеников около школы, и пройти мимо него можно было только за кусочек сахара или иное лакомство. Иные прогульщики стали пользоваться случаем: мол, медведь не пустил в школу. В третьей семье медведь сорвался с цепи, и, пока хозяева были на покосе, разбил окно, перевернул все в доме в поисках сахара, порвал перину. Вернувшаяся хозяйка отругала «нарушителя», и он, обидевшись, ушел в лес с цепью на шее.
В Захарково жили и другие прирученные звери.  В семье Барабаш хозяин принес как-то из тайги маленького обессиленного лосенка, выходил, и тот вырос красивым крупным зверем. В двухлетнем возрасте лося забрали в зоопарк. Этот случай, когда захарковский зверь пополнил коллекцию зоопарка, был не единственным.
Читать следы зверей захарковская ребятня училась раньше, чем познавала азбуку. Живя  в тайге, они рано становились добытчиками в семьях: пока отцы на работе, а матери заняты по хозяйству, ходили рыбачить на озера, а то и охотились, приспосабливая для этого дела все, что стреляет»…  
Прочтите книгу. Советую.
Наталья СЕКРЕТ
Просмотров: 955