Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Энергия пороха

№ 1-2(136-137), 20.02.2017 г.
По итогам 2016 года НПЗ признан лучшим предприятием-экспортером Новосибирской области в сфере производства оружия и боеприпасов.  Что позволило выйти на стабильно высокие производственные показатели и уверенное планирование завтрашнего дня  — в интервью с руководителем:  
— Успешные итоги ушедшего года обу-словлены, в первую очередь, работой на экспорт. На него приходится 85% всего объема произведенной продукции. При этом 50% в структуре экспорта  —  патроны для боевого оружия, столько же  — патроны для так называемого гражданского оружия — спортивной и охотничьей стрельбы. 
В целом в 2016 году произведено продукции более чем на 2,5 миллиарда руб-лей. Темпы роста составили 108,4%: довольно весомое добавление к 167% 2015 года. 
Ориентация на экспорт, с одной стороны, выгодна, в особенности  — при приемлемом курсе рубля к доллару.  С другой стороны, по экспорту патронов для гражданского оружия мы ориентированы в основном на одного крупного покупателя — США. В 2016 году наше предприятие отправило патронов более чем на 12 миллионов долларов.  С США мы работаем с 1993 года. И все это время наше сотрудничество не отличается постоянством: многое зависит от того, в руках какой администрации сосредоточена власть в этой стране. Республиканцы традиционно более лояльны к производителям оружия и патронов, а их требования к наличию оружия у населения менее жестки, нежели у демократов.  Но, как ни парадоксально, объемы продаж растут на ожиданиях прихода к власти демократов — люди «запасаются», опасаясь ужесточения требований. 
Таким образом, зависимость от одного крупного партнера всегда несет в себе определенные риски, обусловленные как политическими, так и экономическими факторами. 
Однако в целом ушедший год был ознаменован для предприятия стабильным финансовым положением. Тем не менее по-прежнему нерешенным остается целый ряд проблем. И на первое место я бы вынес проблему технического перевооружения предприятия. Даже вопреки тому, что в прошлом году мы потратили 85 миллионов рублей на новое технологическое оборудование и  более 50 миллионов 
рублей на модернизацию и ремонт действующего.  Казалось бы, суммы немалые, но не удовлетворяющие реальные потребности в полной мере: 20 предыдущих, не самых успешных с точки зрения финансовых ресурсов лет привели к тому, что сегодня нужно вести речь о сотнях миллионов  вложений в техперевооружение: оборудование устарело и морально, и физически. Но кредиты под существующие проценты слишком дороги. Целый ряд федеральных целевых программ призван оказывать предприятиям помощь в деле технического перевооружения — по линии фонда развития промышленности, Минпромторга, Минобрнауки и многих других. Однако пробиться к выделяемым ресурсам частному предприятию, несмотря на то, что все формы собственности у нас теоретически равны, не представляется возможным: в приоритете — предприятия с государственным участием. Потому мы работаем в основном за счет собственных или заемных средств. 
Следующий момент связан с соотношением нашей активности на внутреннем и внешнем рынках. Озвученные 85% экспортных поставок сегодня являются хорошим показателем, завтра же все может быть иначе. Мы хорошо помним, что уже через четыре года исчерпался ресурс, связанный с девальвацией рубля в 1998 году. Вопрос об экономической целесообразности работы на экспорт может возникнуть вновь. А потому оптимальным, с моей точки зрения, было бы более паритетное соотношение между  продажами на внутреннем и внешнем рынках.  Удельный вес государственного заказа в общем объеме производства предприятия сегодня не доходит и до 6%.  Более того, существующий механизм формирования цены на изделие по госзаказу — через конкурсы и тендеры, на которых начальная цена формируется на основе цены прошлого года, умноженной на утверждаемый Министерством экономического развития дефлятор, не способствует заинтересованности в его увеличении.  Цены на основные материалы, комплектующие и услуги растут, как правило, в два, а то и три раза быстрее, чем утвержденный дефлятор. Этот фактор вкупе с игрой на понижение между конкурирующими предприятиями делает производство практически убыточным. Поэтому, с одной стороны, хотелось бы сбалансировать структуру сбыта, с другой, для этого необходимо экономически обоснованное ценообразование по работе с госзаказом. 
Внутренний рынок гражданского оружия — отнюдь не американского масштаба. В США в течение года расстреливается огромное количество патронов.  Российский же рынок не отличается высоким спросом. Так, американские и европейские санкции в отношении России вызвали дефицит импортных патронов для нарезного оружия иностранного производства. Из шести отечественных предприятий боеприпасной отрасли мы единственные занимаемся производством патронов для высокоточной и снайперской стрельбы. Поэтому в 2015 году наблюдалось увеличение продаж основных номенклатур примерно в полтора раза. Однако уже в 2016 году дилеры приспособились: стали завозить импортные патроны через третьи страны. А потому достигнутые объемы продаж не только не выросли, но и впоследствии уменьшились. 
— Начался  ли процесс импортозамещения комплектующих в боеприпасной отрасли? 
— Скажем так: ситуация стабилизируется. Так, совместная работа с единственным в России производителем биметалла, расположенным в Пермском крае, привела к достижению лучших показателей по качеству. 
Российская пороховая отрасль при приемлемом качестве отечественного пороха для валовых патронов средней категории долгие годы не производила пороха для высокоточных патронов — технологии были утрачены. 
В результате в этом году мы были вынуждены приобрести две партии пороха для изготовления патронов с высокой кучностью в США и Сербии.  
Но сдвиги есть и у нас:  по заказу Мин-обороны в этом году ГосНИИХП (г. Казань) занимается разработкой двух новых видов порохов для снайперских патронов. 
 — А что касается специализированного оборудования — мы по-прежнему зависим от зарубежных поставщиков?
 — Нельзя сказать, что в России ничего нет. И запущенный на предприятии процесс техперевооружения — тому подтверждение. Да, некоторое оборудование, в том числе пять единиц токарных автоматов с ЧПУ, мы купили в Тайване. Оборудование для контрольно-испытательной станции, как и все отечественные производители нашей отрасли, мы приобретаем в Чехии. 
Но есть и российское оборудование: за два года мы купили восемь термохимических агрегатов саратовской компании, томские индукционные генераторы, заказали горизонтальный пресс Барнаульскому заводу механических прессов.
— Государство поставило перед российской оборонкой задачу выйти на производство гражданской продукции.  Каким образом возможно реализовать этот переход на Вашем предприятии?
— Освоение этого направления конкретно для нас возможно только в виде производства новых типов гражданских патронов. В течение 2014—2016 гг. мы освоили производство нового патрона калибра .338 Lapua Magnum с латунной гильзой, реализуемого сегодня одной из силовых структур страны, а также на внутреннем рынке охотничьих патронов, высокоточный патрон  в калибре .308 Винчестер,  патрон .303 British для экспорта. 
Для освоения выпуска пистолетных патронов массового применения (среднего уровня качества по тактико-техническим характеристикам), в том числе спортсменами, у нас, признаться, нет необходимого оборудования. А для его приобретения требуются инвестиции, вернуть которые частному предприятию с заложенной в мировых ценах нормой прибыли на оборудование очень сложно. 
Вместе с тем, парк имеющегося оборудования позволяет —  за счет увеличения сменности работы —  наращивать объемы производства уже выпускаемых номенклатур и осваивать выпуск новых номенклатур патронов, для производства которых оно в том числе предназначено.
Не закрыли мы для себя и тему освоения ранее не применяемых у нас технологий: технологии патронных заводов СССР разнились в зависимости от конструкции изготавливаемых патронов.  
Как единственный производитель в России высокоточных патронов, естественно, мы будем развивать эту нишу и в дальнейшем. Планов и перспектив у нас не на один год. И я думаю, что такие задачи коллективу под силу. 
— Сотрудники оборонных предприятий традиционно —  патриотическая элита государства. Есть ли такое самоощущение и сегодня?
— В 90-е было трудно отождествлять себя с элитой. В целом успешная работа на протяжении последних трех лет сказалась на настроении и мотивации наших заводчан. 
В этом году мы увеличили численность сотрудников на 80 человек. Однако по-прежнему слишком велика «текучка» среди вновь принятых рабочих. 
Следует признать: автоматические роторные линии, преобладающие на нашем производстве, —  достаточно сложные машины, да и специфика машиностроительного  завода — это и шум, и масло. Но для освоивших оборудование все эти факторы оказываются вторичными. 
В последнее время медленно, но верно восстанавливается престиж работы на предприятиях. 
— Каковы планы и задачи на предстоящий период? 
— К сожалению, специфика нашего бизнеса такова, что в новый год мы вступаем, не имея до конца сформированного портфеля заказов.  Мы запланировали себе производственные объемы на уровне 3 миллиардов рублей, что, учитывая предыдущий период, не кажется прожектерством. Но, с другой стороны, ряд контрактов требует окончательного подтверждения. Думаю, что намеченные цифры воплотятся в жизнь. Качество наших патронов известно: не хвалюсь, но оно лучшее среди всех российских заводов отрасли.  
— Петр Яковлевич, Ваш опыт руководителя вобрал в себя разные социально-экономические формации. В какое время работать, по Вашему мнению, профессионально «интереснее»?
— Думаю, что в постсоветский период. Каждому времени сопутствуют свои трудности, какое ни возьмите: будь то 90-е или 2000-е. Но при всех нынешних трудностях многое зависит  непосредственно от руководителя  и слаженной работы коллектива в целом.
Елена ТАНАЖКО
Просмотров: 591