Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

От региона–субъекта — к региону–лаборатории

№ 1-2(148-149), 22.02.2018 г.
Что я понимаю под словосочетанием регион-лаборатория? Для начала обозначу его внешний контур: все, что касается,  в том числе, распределения институций и инфраструктур развития на территории, так или иначе провоцирует нас на иное представление о том, какое у нас пространство страны и как им управлять. К сожалению, вопрос заключается в том, что здесь много конфликтных точек. С одной стороны, федеральная власть подает сигналы на места: нужны идеи, инициативы, новые  модели и подходы к управлению развитием, в том  числе на своей территории на всех уровнях — страны, федеральных округов, субъектов, муниципалитетов. Например, для Новосибирска периодически возникает идея модели города-предпринимателя. Что это означает конкретно, и можно ли представить мэрию бизнес-компанией, предоставляющей качественные услуги? В западных городах это уже практикуется, у нас — пока экзотика. Однако города типа Бердска могли бы позволить себе такую пилотную версию. 
С другой стороны, есть внутренняя ситуация: ранее принятые документы по стратегическому,  пространственному и социально-экономическому развитию устарели. Нужна их актуализация. Попытки делаются, но по старым правилам, как привыкли — в виде многостраничных текстов, которые потом не становятся инструментом управления стратегическим развитием в руках управленцев. Чтобы это побороть, надо создавать их по иной идеологии и другим способом. Понятно, что в одночасье сделать это невозможно. Теория управления изменениями гладко звучит в лекциях для студентов. На практике вопрос ставится так: либо радикальные перемены, либо их имитация.  Но, возможно, стоит попробовать действовать по другим правилам на каком-то конкретном участке,  назвав его полигоном или лабораторией?
Готова ли Сибирь как макрорегион стать таким полигоном-лабораторией? Хотя это уже описано в мировой практике и заявлено в наших документах федерального уровня, как то: переход от привычных единиц развития — субъект Федерации, город, муниципальное образование, поселение или федеральный округ — к таким единицам развития, как агломерация, кластер, технополис, наукополис. К сожалению, эти слова произносятся, но не становятся единицами развития, тонут в привычных итоговых документах. А карта территории остается такой же административно  структурированной, как и прежде. Хотя вполне очевидно, что управлять надо в соответствии с этими уже иными единицами развития, не совпадающими с административными единицами. Например, кластер никогда не будет совпадать с административной структурой по определению. В кластер могут входить разные агенты, бизнесы и участники, которые могут жить в разных городах, разных  субъектах и даже разных странах, потому что они объединены одной технологической цепочкой по производству продукта. 
Наша же ситуация такова: отдельно написана стратегия социально-экономического развития, отдельно – кластерная политика. Они  не стыкуются. Но все пытаются сделать всё по-разному. Кто скажет, что такое наукополис как единица развития? Не следует себя обманывать — это просто циркулем обведённая черта вокруг Академгородка. Но как выстраивать его в качестве субъекта развития? 
Что такое наша территория вообще? Она очень специфична. И юг Западной Сибири может пониматься как  южносибирский урбанизированный территориальный кластер. Живущие здесь 10 миллионов человек  составляют костяк фактически всей Сибири. Это означает, что пора обсуждать единство действий политик всех иных субъектов по поводу выстраивания Южной Сибири как макрорегиона, поскольку  в реальной экономической деятельности он уже давно переплетен разными связями и не совпадает с границами Новосибирской области и других субъектов РФ. 
Я не говорю уже про малый и средний бизнес, про инноватику, Технопарк и так далее. Это тоже уже экстерриториальные структуры, у которых свои амбиции и стратегии. Тем более  что именно здесь открыта точка кипения  НТИ, претендующая сделать Россию технологическим лидером. 
Но вновь возникает вопрос: кто и как этим должен управлять? Вопрос сложный, потому  что заставляет администрацию переводить свою деятельность на рельсы проектных офисов — еще одна инициатива федеральной власти, и, как будто, ряд программ уже переводится на этот режим. То есть это будут не отраслевые программы, а проектно ориентированные, где объединяются разные агенты, разные субъекты по поводу целевых программ развития, у которых свои показатели и индикаторы. Тогда привычное деление на отрасли — совсем вчерашний день: молодежная политика, культура,  образование, спорт, экономика и т. д. В проектном офисе такого деления нет и быть не может. 
Под регионом-лабораторией я вижу пульсирующее проектное образование, которое выстраивается в формате продвинутых лидирующих проектов. То есть  границы региона-лаборатории плывут, вырезаются на карте. И в реальности это уже так и есть. Проблема  заключается лишь в том, найдутся ли управленцы на уровне региона, округа и страны, которые будут переходить на подобный тип управления и вырезать регион-лабораторию на своих картах. Увы, пока таковых  мало. Местная региональная элита ничего не хочет менять, стремясь сохранить статус-кво, контроль над ресурсами и принятием решений. Да и Новосибирск не умеет показать себя как единое консолидированное общество, рассыпается на деловые социумы и структуры. И каждая группа влияния пытается перед Москвой застолбить свое уникальное положение и выпросить ресурсы. Тогда забудьте про технологии, лидерство, инновации и пр. 
Однако стратегия — это не текст, это правила игры, правила долгосрочного устойчивого развития, о которых люди договариваются: какое будущее мы будем строить в ближайшие 20—30 лет и как будем это делать? Это и есть  стратегия. 
Пора спросить: кто готов пойти на то, чтобы каждую неделю собираться разными экспертными группами и выращивать, вырабатывать видение целого, а не держать в своем потном кулаке свой частный интерес? К сожалению, это вопрос региональных элит. Готовы губернии выходить за пределы своих амбиций? Ответ может быть только один: если Россия хочет быть лидером, превыше всего должны быть амбиции и задачи гораздо серьезнее. 
Наша выгода — это партнерство и коалиции.
Просмотров: 258