Ближайшие российские конференции:
 
 
Сервис предоставлен Конференции.ru ©

Цифровая экономика бросает перчатку бизнесу

№ 1-2(148-149), 22.02.2018 г.
Место проведения Совета Межрегиональной ассоциации руководителей предприятий — Институт экономики и организации промышленного производства СО РАН — оказалось глубоко символичным. Именно в его стенах родился первый в Советском Союзе клуб директоров, и уже из этого клуба вырос МАРП. Открывая заседание, д.э.н., директор ИЭОПП СО РАН Валерий Крюков отметил:
— Подходы, которые были заложены в основу еще советской экономики, дали свои результаты, однако сегодня они исчерпали себя. Цифровая революция нас накрывает. Мы находимся в условиях жесточайшей конкуренции, а наступающая виртуальная реальность формирует новые вызовы. Надо думать, что делать с традиционными бизнесами. Либо их нужно переформатировать, либо они умрут. 
Но какой бизнес, тем более сибирский, согласится умереть без боя? Настойчивое стремление побороться за место под коммерческим солнцем стало лейтмотивом всего заседания Совета ассоциации. Основным вопросом повестки явилось обсуждение подготовки «Программы деятельности МАРП по развитию промышленности и предпринимательства на 2018—2020 годы». По словам генерального директора МАРП Юрия Бернадского,  сегодня речь идет не просто о плане мероприятий, пусть даже масштабных и значимых. Речь о переосмыслении подходов в развитии региона, отраслей и кластеров. 
Подсказкой в этом, по мнению членов Совета МАРП, стала форсайт-сессия «Образ будущего Новосибирской области», которая прошла 2 февраля на площадке Технопарка в качестве одного из этапов разработки Стратегии развития Новосибирской области до 2030 года. На сессии члены МАРП представили общее видение того, без чего дальнейшее развитие региона невозможно. Коротко суть тезисов можно выразить несколькими арифметическими действиями: «3х25, 2х50, 2х100». 
Загадки в них нет. Подразумевается, что целевые индикаторы Стратегии к 2030 году должны достигнуть следующих величин: доля объема инвестиций в объеме выручки предприятий — 25%, доля промышленности в ВРП области — 25%, формирование бюджета развития НСО — 25% от прироста доходов бюджетов. Помимо этого рост доли малых и средних предприятий в выпуске товаров и услуг должен достигнуть 50%, рост несырьевого неэнергетического экспорта — также 50%. И, наконец, планируется 100-процентный рост выпуска высокотехнологичной конкурентоспособной продукции, а также решение вопроса о льготе по налогу на движимое имущество в размере 100% для обрабатывающих отраслей. 
Последнее стоит пояснить особо. 
27 ноября принят Федеральный закон № 335-ФЗ «Об инвестиционном налоговом вычете», позволяющий получить в заявительном порядке вычет на объем инвестиций, сделанных в предыдущем году. Однако заработает это только при условии, что соответствующий закон будет принят на местном уровне.   
Предметом дискуссии в рамках форсайт-сессии стали также конкурентные преимущества региона и отраслей, меры господдержки приоритетов, рост объемов инвестиций и что ему препятствует, ограничения стоимости ресурсов, в том числе тарифов монополий, и многое другое. Прозвучало предложение уделить особое внимание глубокой переработке сырья на территории НСО. Еще один рецепт — инвестировать в совершенно новые перспективные производства, которые ранее в регионе не были представлены.
— Участие в форсайт-сессии было полезным в определении приоритетов при подготовке программы МАРП на 2018—2020 годы, – сообщил Юрий Бернадский. — Мы, конечно же, будем продолжать организацию значимых мероприятий, будоражащих сообщество, но основа деятельности МАРП, по моему глубокому убеждению, — это проекты и программы. У нас уже сейчас есть порядка ста проектов инвестиционного развития предприятий, находящихся на разной стадии рассмотрения и утверждения, а будет гораздо больше. Содействие их успешной реализации — одна из важнейших задач МАРП.
Совещание продолжил интереснейший и даже в чем-то пугающий доклад «Цифровая экономика: новые вызовы и перспективы» заведующей сектором программ развития промышленных предприятий ИЭОПП СО РАН, д.э.н. Веры Марковой. Профессор подробно остановилась на новейших тенденциях в экономике, которые требуют немедленных изменений от отечественного бизнеса, если он не хочет плестись в хвосте или вообще быть вышвырнутым из мирового промышленного производства.
Первый раз термин «цифровая экономика» (ЦЭ) применительно к России прозвучал в 2016 году, и почти сразу последовало послание Президента РФ В. В. Путина Федеральному Собранию — создавать цифровую экономику с ориентацией на отечественный бизнес. А в 2017 году была разработана программа «Цифровая экономика». В ее русле, кстати, находится и один из новосибирских «флагманских» проектов — создание Национальной платформы промышленной автоматизации (НППА).

Вера Маркова, д.э.н., профессор, заведующая сектором программ развития промышленных предприятий ИЭОПП СО РАН:
— Цифровая экономика — это не отдельные проекты и технологии. Это новая парадигма развития экономики и общества, основанная на сетевых коммуникациях, объединении информационных и операционных технологий, реального и виртуального миров. По сути, она обеспечивает переход на следующий уровень взаимодействия материальных объектов между собой и с человеком.
— Цифровая экономика — это новый этап развития мировой экономики, в основе которого лежит интеграция физических и цифровых объектов в сфере производства и потребления, в обществе в целом. Интеграция ведет к расширению сетевых коммуникаций, скоростному соединению людей, процессов, данных и предметов, позволяя создавать новые ценности, расширяя горизонты человеческого мышления, — сообщила Вера Маркова и признала, что в России в части ЦЭ кое-что делается, правда, разрозненно. — Интернетом вещей занимается Минкомсвязи, Промышленным интернетом (Индустрия 4.0) — Минпромторг. Есть программа развития цифровой экономики в России до 2035 года. В целом же затраты на цифровые технологии в мире только в 2018 году составят 1,3 триллиона долларов.
Надо сказать, выгоды потребители оценили сразу: всех привлекает мгновенный доступ к информации, многократно увеличенная скорость обработки данных, практические вещи — вызов такси на базе Платформы Uber и интернет-магазины. Поистине новые горизонты для бизнеса открыла платформа Amazon, на базе которой работают сегодня более 140 тысяч компаний.  
А вот сложности в полный рост проступили лишь в последние годы. Многие люди с трудом понимают, что такое ЦЭ, отождествляя ее с автоматизацией и роботизацией. То есть эпохальные сдвиги преуменьшаются до тактических изменений. Есть немало технологических и социальных сложностей. В сфере бизнеса на первый план выходят вопросы методики: какие компетенции нужны будут и как их формировать? Видоизменяется само понятие конкуренции, так как новые монополии на основе платформ и экосистем сами решают, кого допустить в свой круг. 
Последнее и вовсе настораживает. Сегодня отраслевые платформы как новая модель бизнеса и экосистемы бизнеса на базе платформ выступают одновременно объектом и субъектом мировой экономики и трансформируют отрасли и рынки. Фактически они являются настолько сложной и самостоятельной структурой, что почти не нуждаются в государстве, правительстве и даже в какой-то степени в законах. 
— Ломается психология конкуренции. В современной высокодинамичной среде важным фактором развития бизнеса становится партнерство. «Чтоб не пропасть по одиночке», нужно объединяться и одновременно стать зависимым от других партнеров, — констатировала Вера Маркова.
Быть не колесом, а лишь винтиком в колесе — не всем нравится такая перспектива, и это читалось по лицам присутствующих членов Совета МАРП. Впрочем, Вера Маркова дала простой совет: «Так как цифровая трансформация касается каждой компании, и от нее не отвертишься, то сделайте первый шаг — соберите как можно больше информации о своей деятельности. А потом на аутсорсинге можно найти фирму, которая поможет сделать аналитику на базе этой информации». И вот тогда вперед — в цифровую экономику!

Вячеслав Селиверстов, д.э.н., заведующий Центром стратегического анализа и планирования ИЭОПП СО РАН:
— Разработанная десять лет назад Стратегия социально-экономического развития Сибири до 2020 года по своим основным блокам оказалась правильной. Это касается и целевой направленности, и упора на кластеризацию. Не может быть целью программы поддержка всего, что есть на территории. Эффективны вложения в лидеров. Сейчас надо действовать в том же ключе. И именно МАРП должна предлагать и прямо указывать, кого надо поддерживать.

Участники совещания отметили большие перспективы, которые дает бизнесу использование технологии блокчейн, кардинально меняющую организацию коммерческих и общественных связей. Блокчейн идеально подходит для ведения логистических операций со множественными данными, чем, в сущности, и является современная  бизнес-деятельность. Валерий Крюков привел в качестве примера работу с Институтом вычислительной математики и математической геофизики СО РАН — совместный проект «умное месторождение» применительно к российским реалиям. С помощью блокчейн будет просчитана конкурентоспособность применения отдельных технологий или выживаемость той или иной бизнес-модели в наших весьма непростых экономических условиях, отличающихся непрозрачностью и давлением монополий. 
Однако, говоря о высоких технологиях, нельзя забывать о делах насущных. По мнению Анатолия Масалова, гендиректора «Сиблитмаша» и президента МАРП, мечты о высокотехнологичном будущем перечеркивают аппетиты монополий, к примеру, возросшие до небес цены на энергоносители: за год антрацит показал рост на 350%! Не отстали кокс и чугун, взлетевшие на 200%, и металлопрокат — 150%! 
— Как строить бизнес-планы, если не знаешь, что завтра упадет на голову? Что еще придумают банки и прочие «партнерские» структуры, усложнив условия расчета, ведения переговоров или оформления документов? Мы в этом болоте каждый день барахтаемся, — возмутился Анатолий Карпович. — На мой взгляд, в наших программах должно быть не только то, что надо построить, но и то, что сможет остановить существующее падение в экономическую пропасть! 
Участники заседания предложили отразить в «Программе деятельности МАРП по развитию промышленности и предпринимательства на 2018—2020 годы» сдерживающие факторы, которые нужно решить немедленно и сегодня. В то же время указав, что в содержательной части программы упор должен быть сделан на крупные проекты.
— Стратегия развития Новосибирской области до 2030 года станет нашим ориентиром в тех рамках, которые касаются сферы экономики и, соответственно, предприятий ассоциации. Поэтому проектно-программный подход при формировании программы МАРП на ближайшие три года оправдан и, вероятно, единственно верен, — подвел итог Юрий Бернадский. — Что касается наступления цифровой экономики, то отмечу, что в Новосибирской области более 6 500 производственных предприятий. Кто в вагон под названием «цифровая экономика» не запрыгнет, не научится работать с этими новыми платформами и системами экобизнеса, тот просто закроется. И исключений тут не будет.
Татьяна ЭМИХ
Просмотров: 402