Промышленность и «Цифра»: отсидеться не получится

Последние тридцать лет промышленное производство во всем мире постоянно снижает свою доходность. Гораздо прибыльнее владеть виртуальными активами, нежели биться над улучшением экономических показателей конкретного завода

По мнению части экспертов, массовый приход цифровых технологий в промышленность станет действенным приемом оживления мирового рынка.

Перспективы, конечно, завораживают

Сегодня мы везде натыкаемся на термин «цифровизация». Немцы гордятся своим цифровым проектом «Индустрия-4.0», китайцы запустили проект «Сделано в Китае», задача которого создать национальную цифровую платформу индустриального интернета. В России рапортуют о начале реализации программы «Цифровая экономика» и ее подпрограммы «Цифровая промышленность». Тем временем до сих пор даже технари путаются: цифровое производство — это когда везде компьютеры понатыканы, а аналоговые устройства свалены в углу, или что-то другое?
Эксперты говорят, что дело в отличиях производственного процесса. В традиционном варианте его основные этапы: концепт, проектирование, передача на производство, опытный образец, тестирование образца, перепроектирование в случае неудачи и т. д. Все может выполняться как от руки на кульмане, так и с помощью компьютерных программ, но все равно это устоявшийся достаточно комфортный для предприятий процесс, все заняты, все получают зарплату. Но при этом высокая себестоимость изделий и огромные сроки выхода на рынок, что означает возможность занять лишь локальную нишу, ведь конкуренты, используя «цифру» по-настоящему, уже заняли мир.
Второй вариант называется «time-to-market», когда в сжатые сроки, фактически одновременно, выполняются и конструирование, и проектирование, и исследования. Сегодня это возможно только в виртуальном пространстве на основе «умного проектирования» или «умного производства», что является основой цифровой промышленности.
— Чем больший объем всех возможных исследований, испытаний и корректировок по результатам испытаний проведен в «цифре», тем быстрее разработка идет в производство и тем дешевле она обходится, — утверждал на своих недавних встречах с производственниками Новосибирска гуру цифровизации Алексей Боровков, куратор программы «Технет» НТИ и проекта «Фабрика будущего». Он привел в пример цифровую рабочую конструкторскую документацию (РКД), куда вносится максимум данных, и это, страшно выговорить, позволяет обойтись без чертежей. Совсем. Даже если это разработка чего-то суперсовременного и супердорогого, причем именно для такой продукции чертежи — атрибут технологической отсталости.


Алексей Боровков
Алексей Боровков

Алексей Боровков, профессор СПбПУ, куратор программы «Технет» НТИ и проекта «Фабрика будущего», специально для журнала «СДС»:
— Россия находится далеко не в хвосте процесса цифровизации. У нас есть идеи, технологические заделы и высокопрофессиональные мобильные коллективы. Ясно, что не все сразу двинутся вперед в цифровое будущее, но если этого не делать, то ни лидеров, ни передовых позиций у нас не будет. Санкции? Они тут не в плюс и не в минус. У тебя либо есть технологии, ты их применяешь и так компенсируешь санкции, либо не имеешь ни того, ни другого и жалуешься на санкции. Речь идет о глобальных вещах, которые лидерам помогут сформировать их технологическое превосходство. А другие будут отговариваться тем, что это не про нас, дорого… и у них не будет шансов конкурировать. Зависнуть тут никому не удастся. Сегодня всех пугает Китай, который целенаправленно движется к глобальному лидерству. Что ж, мы должны это учитывать и делать свое дело.


Эксперты хором поют про возможности запуска проектирования по нескольким траекториям одновременно и создания «цифровых двойников», когда на основе массива данных в 40—50 тысяч целевых показателей ограничений можно создать виртуальную модель, к примеру, комбайна, там же, в цифре, ее протестировать, внести необходимые изменения, прогнать виртуальную модель через виртуальный же полигон и пройти натурные испытания с первого раза! Тут один день целый год вмещает, соответственно, затраты на разработку и внедрение уменьшаются на порядки.

Государство пытается…

Хорошо. Все всё поняли, прониклись и дружно пошли «цифровизовываться». Но как? По умолчанию предполагается, что есть ответ в программе «Цифровая экономика», в рамках которой формируется федеральный проект «Цифровая промышленность». Там прописан ряд мероприятий по необходимому изменению нормативной деятельности, разработке методов и форм передачи соответствующих компетенций в промышленность через сеть центров компетенции и прочее.
— Принципиально важно дать возможность компаниям взять лучшие практики и простым образом адаптировать на своих площадках, может быть, дублируя, обобщая и систематизируя то, что уже кем-то достигнуто. У нас совершенно разная ситуация в разных отраслях, потому у каждого свои особенности внедрения цифровых технологий, — мнение Владимира Дождева, директора Департамента цифровых технологий Минпромторга РФ. — Лучший опыт по части применения «цифры» у предприятий ОПК. Потому их опыт предполагается систематизировать в некую единую базовую технологическую матрицу. Помимо этого, мы проводим оценку технологической, организационной и кадровой готовности крупных и средних российских предприятий к цифровизации. К 2021 году оценка должна быть получена.
Так и просится реплика: вот получите вы полную картину технологического состояния российской промышленности — и что? Ужаснетесь? Перевести в «цифру» то, на чем работает наша, особенно региональная, промышленность — да перед этим померкнут все подвиги Геракла. Но не будем о грустном. Лучше о деньгах. Они, говорят, есть.
— Принципиально важно наличие инструментов для стимулирования спроса на цифровизацию. В критических для государства отраслях, в первую очередь ОПК, это должна быть прямая поддержка, нацеленная на внедрение конкурентоспособных, в том числе отечественных технических решений. Если говорить о гражданских отраслях, то тут должны быть либо субсидиарные инструменты поддержки с четкими критериями, либо займовая программа российского Фонда развития промышленности именно в части цифровизации. И деньги на такую поддержку государством заявлены, — а это уже мнение Владимира Пастухова, генерального директора Российского технологического агентства.

Готовности не наблюдается

Интересно, что сегодня роль локомотива цифровизации, по мысли властей, должны исполнять три крупнейших игрока: «Росатом», «Роскосмос», «Ростех». Их задача — сформировать вокруг себя пояс потребности в «цифре». То есть наука, малое и среднее предпринимательство, стартапы, которые по большому счету являются топливом для трансформации крупного бизнеса, должны автоматом подтягиваться в эту технологическую воронку. В Новосибирске множество предприятий, прямо или косвенно относящихся к этим корпорациям. И их присутствие — лишний повод властям апеллировать к гигантам с требованием помочь региональному бизнесу в переходе на новые технологии. И это не шутка! Если «Росатом» вместе с «Ростехом» отвечают в программе «Цифровая экономика» за так называемую технологическую часть, то участие в организации «прорыва» — их прямая обязанность.
Понятно, что «локомотивы» не горят энтузиазмом.
— По большому счету цифровизация, автоматизация, информатизация — лишь инструменты, которые помогают тем, кто хочет перейти на более высокий организационный и технологический уровень. Но основная проблема сидит в головах. Если большинство директоров озабочены тем, каким образом на достаточно скудном рынке отгрызть федеральный бюджет и чем заплатить налоги и зарплату, то разве о цифровом переходе у них голова будет болеть? — вопрошает Евгений Осоченко, руководитель проектного офиса по цифровой трансформации ГК «Росатом».
А тут еще эксперты пугают, что переход к полной автоматизации и последующей цифровизации невозможен, если не решены вопросы бережливого производства, повышения операционной эффективности и сокращения издержек. Интересно, кто из новосибирских предприятий может сказать о себе такое? Впрочем, уже появились всевозможные помощники, которые обещают отцифровать производство на все сто! Осторожно, предупреждают эксперты. Это процесс длительный, занимает не один месяц и даже год, и под силу только профессиональной команде реформаторов. Хотя, похоже, бум повальной цифровизации нам не грозит.
Половина российских компаний не видит взаимосвязи между применением современных технологий и коммерческим успехом. Лишь 11 процентов предприятий считают новизну продукции своим конкурентным преимуществом. И только 17 процентов компаний относят фактор технологического превосходства к значимому преимуществу конкурентов. Таковы результаты мониторинга Минпромторга РФ.
Конечно, у тех, кто относится к скептикам цифровизации, свои резоны. Однако, по оценкам специалистов, в течение ближайших десяти лет в мире останутся 60 глобальных технологических платформ, которые будут охватывать практически все отрасли, где создается добавленная стоимость. Все, кто на них не встанут, уйдут с рынка. Нет, они смогут работать на местечковом рынке, но выход за рамки даже своего региона станет огромной проблемой.

А что Новосибирск?

М. Ананич
М. Ананич

Пусть перспективы отечественной промышленности догнать и перегнать мировых гигантов «цифры» не радуют, однако у Новосибирска есть свое поле для маневра — это наука, вклад которой в цифровизацию страны и региона может быть весьма велик.
— К примеру, идеями. Дело в том, что проект «Цифровая промышленность» оперирует готовыми идеями, и регионы выступают потребителями. Но где брать эту идею? Кто ее предложит? Ответ прост: на роль генератора идей просто напрашивается Новосибирск, — рассуждает Марина Ананич, помощник губернатора Новосибирской области по вопросам образования, науки и инноваций. — Наши ученые способны предложить экономике то, о чем сейчас на рынке никто не знает, но через год-два потребуется всем. Не просто просчитать события, но и управлять рынком с помощью идей — будущих проектов роста.
Собственно, у Новосибирска есть всё для цифрового рывка. Блок программы «Академгородок 2.0» посвящен созданию инжинирингового пояса вместе с крупными предприятиями вокруг нашего СО РАН. Это территория с высокой концентрацией исследований и разработок, более 300 инновационных компаний только в «Академпарке». Что же еще нужно?
— Мы в подготовке проекта «Академгородок 2.0» как раз сориентировались на то важное, что есть в цифровой промышленности, — это скорость мышления, скорость управления процессом, скорость внедрения инноваций и внесение изменений, — говорит Марина Ананич. — Главное, что нам нужно, — ускорение.

Татьяна ЭМИХ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.