Четыре шага к счастью в жизни

И. Мухина

В основе инноваций должно быть нравственное целеполагание и целостное мышление

Такой понятный и очень важный совет дала нам Ирина Мухина, вновь прибывшая в Новосибирск преподавать в НГУ и на празднование 60-летия alma mater, так же как и год назад, когда состоялась наша первая встреча. И «с ходу» вписалась в нашу нацеленность на инновационное будущее с весьма любопытной и чрезвычайно важной для нас позиции, которой мы в своем устремлении к технологическому лидерству любой ценой не придаем должного значения, — с позиции интересов человечества, его выживаемости, сохранения русской идентичности, выбора нужной нам цели, а главное — преображения Человека. Этому мы посвятили ставшую уже традиционной встречу в нашей редакции.
— Ирина Константиновна, несколько Ваших лекций посвящены вопросам будущего — чему учить и учиться для него. Давайте сосредоточимся на этом.
— Ответы на эти вопросы напрямую зависят от того, что иметь в виду в качестве образа будущего: каким МЫ хотим его видеть, или мы готовы просто идти на поводу того, что сейчас происходит в мире. Мы постоянно слышим заклинания о цифровой школе, но для меня как специалиста в этой области очевидно, что цифра — это лишь форма, там нет духа. Все, что сейчас происходит под загадочным и для кого-то очень привлекательным названием «цифровизация», по большому счету и есть образ предлагаемого нам будушего. А я предлагаю разобраться, на каких условиях и принципах нам это будущее конструируют. Я выделяю четыре основных: цель, масштаб, инстументарий и идеология.
Экономическим фундаментом, на котором зиждется цифровая революция и за счет которого она продвигается, является неолиберализм, где главный показатель — рост прибыльности частного капитала. В цифровой экономике этот рост легко осуществляется за счет автоматизации производства, что позволяет существенно сократить издержки на содержание рабочей силы. И вместо пролетариата уже появился новый класс — прекариат, так называемые люди с неполной занятостью. Тем самым «цифрой» был запущен масштабный процесс так называемой утилизации человека. Он проходит разными способами, но суть его, с точки зрения прибыли, одна: содержать человека всегда более затратно, чем робота.
— А как же наше излюбленное понятие «человеческий капитал»?
— Лично для меня выражение «человеческий капитал» звучит как «нечеловеческий человек». Этот термин ввели в моду и даже уже научились измерять его плотность. Недавно из статьи возглавляющего Агентство стратегических исследований (АСИ) Дмитрия Пескова я узнала такой факт: три города Российской Федерации имеют плотность человеческого капитала, равную 8. Это Новосибирск, Томск и Санкт-Петербург. В Москве эта плотность всего 3. Поэтому понятно, что с точки зрения западных агенств по трудоустройству, эти три города являются основными поставщиками представителей техно-интеллектуальной белой расы, которая на Западе не воспроизводится. Я считаю, что интеллект и прибыль взаимно аннигилирующие понятия. Наш 20-летний сын после двух лет учёбы на математическом факультете в одном из лучших вузов Канады уехал продолжать учебу в Санкт-Петербург, так как китайские студенты и профессора окончательно заполонили точные науки Запада. А в России, несмотря на десятилетия сознательного разрушения всей образовательной базы, фундаментальное и техническое образование еще конкурентоспособно. Именно поэтому Запад всеми силами старается переманивать российские мозги — грантами, высокими зарплатами, индексами цитирования, сколковскими премиями, хакафонами, студенческими практиками и т. д. Думаю, что внедрение американских образовательных стандартов: ЕГЭ в школах, Болонской системы в вузах, программы МВА — это настоящая диверсия против будущего нашего государства. Неужели непонятно, что если бы у них всё было так замечательно с их образованием, то они имели бы своих специалистов, а не приглашали к себе иммигрантов со всего света.
Однако вернемся к цифровизации. Второе понятие из четырёх — это глобализация как объективный процесс. Человечество в XXI веке вышло на глобальный уровень экологических, информационных, транспортных, энергетических и экономических взаимодействий. Это означает, что рост рынков больше невозможен — некуда, значит, поддержание роста прибыли может достигаться либо путем усиления эксплуатации, либо сокращением издержек. Итак, глобализация — это масштаб процессов коммерциализации, проводимых в интересах транснациональных корпораций.
Третье — цифровизация в том виде, в котором ее продвигают финансовые элиты мира, является лишь инструментарием для извлечения прибыли, а значит, для утилизации человека, с которым не знают, что делать. Сейчас технологический «прогресс» на 100 процентов коррелирует с регрессом человеческого общества. Это видно невооруженным взглядом. И вот тут мы подошли к четвёртой составляющей, именуемой трансгуманизмом, декларация которого была принята в 2002 году.
Если целеполагание — сверхприбыль, масштаб — вся планета, инструментарий — техномонстр с встроенным искусственным интеллектом (ИИ), нужным для более эффективного извлечения прибыли, то осталось вписать человека в эту техносреду, для которой homo sapience недостаточно хорош. Мы — увы! — не можем быть такими же надежными, как роботы, адаптивными, как программы, не можем циклично повторять наши действия. Мне кажется, что в оцифрованной экономике товарно-денежных отношений останется 10—15 процентов мест, где будет требоваться новый тип человека — Homo digital (человек оцифрованный. — Ред.). Для создания нового типа человека нам и сломали теоретическое, аналитическое образование и навязали что-то, сводящееся к слову «компетенции», которое я не люблю, считая, что человек должен обладать знаниями, умениями и навыками. На Западе давно уже внедрено рецептурное образование, а теоретическое знание отсутствует. Я вижу это на опыте 25 лет жизни в Канаде, на примере троих детей и уже пяти внучек.
Образование, которое сейчас сделали не правом каждого гражданина, а платной услугой, работает по принципу: чем дольше учится, тем больше платит, тем больше прибыль вуза. И какой смысл делать человека образованным? Ведь он тогда перестанет платить. То же самое и с платной медициной. То есть все сведено, по сути, к античеловеческому принципу, но всех как-то убедили: ну вот, смотрите, как хорошо они живут на Западе! Да. Но они живут в долг, и долг таков, что сейчас США не в состоянии обслуживать его. Никто не знает, что будет дальше, ведь уже дважды в ХХ веке они начинали мировую войну с целью перезапуска экономики. Поэтому, когда мы говорим: «нужно готовиться к будущему», мы должны определить, какое будущее мы хотим видеть, и мы должны его строить сами, без оглядки на Запад.
— У Вас есть свое видение этого процесса?
— Я — хомо советикус, выросший в прекрасной атмосфере интеллектуального поиска, академического общения, фундаментального образования НГУ, из-за развала СССР вынужденная уехать с семьей за рубеж. И я, и мой муж добились там многого только благодаря качественному советскому образованию. Я на себе ощутила разницу между тем, мотивирован человек поиском решения научной проблемы или же премией, которую он положит в карман. Единственной задаче увеличения прибыли подчинена вся система менеджмента образования. Обучающие программы, типа МВА, используя методы нейролингвистического программирования, стараются, образно говоря, снабдить студентов метками, по которым следует двигаться навстречу прибыли, но выше этого уровня, для обобщения проблемы подняться их не учат. С точки зрения аналитических способностей с такими людьми работать тяжело. Они не ищут ответа, они используют готовые шаблоны. И если учесть, что программы МВА только в Северной Америке готовят четверть миллиона специалистов в год, а для сравнения: фермеров лишь пятьсот человек, то мы поймем, что идет подготовка целой армии адептов мира прибыли по цифровому шаблону. Второй момент, совершенно для меня абсурдный, заключается в том, что менеджеры не обязаны быть экспертами в той сфере, которой они руководят. И я вижу, что российское правительство состоит как раз из таковых. Мне кажется, что задачей экономики РФ является сейчас не постановка стратегических целей развития, не улучшение условий жизни населения или сохранение экологии, а банальное извлечение максимальной прибыли из нашей страны для зарубежных инвесторов, уничтоживших конкурентов и захвативших рынки сбыта соцлагеря после развала СССР.
— Тем более хочется конкретики, чему учить и учиться в этих условиях?
— Думаю, начать следует с осознания себя самого, собственной идентичности. Тот процесс, что нам сейчас продвигают, называемый альфа-глобализацией, это когда всех под одну гребенку, по одному шаблону, чтобы проще было вписать в новый цифровой мир, а остальных граждан утилизировать, сказав, что не вписались в цифру, как когда-то сказали, что многие советские люди не вписались в рынок. Если мы поймем, что такое будущее нас не устраивает, тогда сможем мобилизоваться для сохранения того, что было наработано на нашей территории — культурно, духовно, нравственно, научно, исторически, образовательно, и начнем переводить это в число. Эти наши знания, умения и навыки как раз и есть то, что нас отличает и даст нам возможность сохранить идентичность и духовные скрепы, о которых говорит Президент РФ. Этот момент я хорошо прочувствовала, живя долго в иммиграции. Первое, что я поняла, переехав в чужую страну, когда мне было 33 года, это то, что я никогда не смогу разговаривать с детьми ни на каком другом языке, кроме русского. Значит, они должны владеть им в совершенстве, чтобы я могла передать им то, что мне жизненно важно передать. Это в дальнейшем привело меня к осознанию, что для меня принципиально важно — сохранить собственную идентичность, но при этом научиться «у них» тому, чему, по моему разумению, у них стоит научиться. Этот путь называется эмиграция-интеграция, когда ты сохраняешь свою значимость, свою картину мира, но при этом не изолируешься от окружения, а просто внимательно фильтруешь, что именно тебе нужно и важно, а что вредно. Многие мои знакомые пошли от обратного. Для них было важно ассимилироваться, т. е. стать такими, как все. Для них самоидентификация не оказалась ценностью, они не готовы были напрягаться во имя неё, либо у них с детства была занижена самооценка, либо они искренне поверили в то, что на Западе все без изъяна, и воспитывать своих детей нам нужно в том же духе.
— Мы тоже существуем в том пространстве, в той реальности, которую нам предлагают. И если говорить об обучении как о процессе получения знаний, то какие советы Вы можете дать на этот счёт?
— Я сторонник целостного и гармоничного образования, как было в Древней Греции. Если не получается, тогда фундаментального. Это сейчас остро необходимо, так как узкие специалисты будут утилизироваться в первую очередь. Всех, к примеру, программистов или переводчиков лет через пять смогут заменить роботами. Целостность — это, проще говоря, когда развиты и левая, и правая половинки мозга. Для этого нужно овладеть логическим и гуманитарным знанием, и важно, чтобы между этими половинками мозга была развита связь — синергия.
Мы все живем в христианской цивилизации, как бы мы к этому ни относились, год 2019 — это от Рождества Христова. Сейчас нам пытаются заменить христианство новой религией, иногда называемой датаизм, когда большие данные и цифра обещают блаженство и жизнь вечную. В связи с чем трансгуманизм одним из первых своих врагов считает христианство, так как вечные ценности — вера, надежда и любовь не продаются и не оцифровываются. Но если мы ощущаем себя христианами и не готовы вживлять себе чипы, превращаясь в биоников и киберов, то крест — это наш символ: горизонталь — построение связей в социуме, а вертикаль — это связь с высшим. И если с детства чувствовать эту гармонию человеческого с высшим, то это и есть путь преображения каждого человека. Помните детскую книгу «Баранкин, будь человеком»? Она об этом. Помочь это понять — самое главное дело родителей. Именно они должны вкладывать в ребёнка больше всего любви, веры, времени и сил. Хорошо, если повезло и в семье есть мудрые бабушки, как было у меня. Но все чаще нас забирают друг у друга кровожадные гаджеты, весьма отрицательно влияющие на развитие мозга ребёнка. Если каждный член семейства проводит много времени «в гаджетах», то больше всех страдает ребенок — он чувствует себя никому не нужным. Любящая семья — это самое важное, о чем, увы, многие забывают, стремясь все устроить так, чтобы жить больше для себя. Но сейчас вопрос стоит остро: мы или никто. И сказки читать, и обниматься, и «на музыку» водить, и создавать дома нужную атмосферу, всегда помнить, что дети — это и есть наше будущее. Чтобы сейчас выжить, нам нужно научиться замедляться, чаще заземляться и отключаться от техносферы. Нам чаще нужен контакт с собой, с землей, с тишиной, с гармониями природы.
— Но вспомним о нашем нынешнем общегосударственном тренде: мы затачиваемся под инновационность — мозги, поступки, таланты. Выходит, человек пока еще нужен?
— Вопрос: кому нужен? Разве инновации достаются нашему государству? Мы уже говорили о том, что конфликт интеллектуальной и финансовой элиты мира сделал очевидным наличие на территории России уникального интеллектуального ресурса белой расы, нужной для создания техноэлиты. Многие связывают этот факт с русским языком, который считается самым сложным в мире. К сожалению, качество русского языка тоже стремительно размывается техно-суржиком. Развивая с детства язык, мы одновременно наращиваем когнитивную емкость мозга ребенка, то, что позволяет потом ему развивать смекалку, любознательность, сообразительность, умение находить в жизни нестандартные решения.
Я думаю, что понятие инновационности у каждого своё: творчество, изобретательство, спонтанность, потому и приложения этому будут разными. Но если всё, как сейчас, затачивается только под технологии, а потом публикуется на английском языке, то совершенно понятно, к какому берегу эта инновационная волна нас несет. Почти 30 лет назад я защитила диссертацию в области искусственного интеллекта (ИИ), много лет работаю на Западе в этой области, и мне кажется, что развитие ИИ для техномонстра по извлечению прибыли из природных и человеческих ресурсов планеты не должно стать первоочередной задачей для РФ.
В Советском Союзе вырастили поколения инженеров и ученых, покоривших космос, но многие из них до сих пор не осознали, что в 90-е им организовали первую цветную революцию. Мягкой силой пропаганды нам внушили мифы про необходимость перестройки и гласности и под шумок извлекли все достижения социалистического строя, такие как бесплатное качественное высшее образование и медицину, гарантированную занятость населения, пенсии для всех, санатории и пионерлагеря, цензуру от порнографии и растления на всех каналах СМИ, и т. д.
Как часть цифровой экономики развили до совершенства цифровой маркетинг. Это одно из моих профессиональных направлений, и я знаю, как он работает за кулисами экранов, как он совращает на порносайтах, заманивает подростков в общества самоубийц, навязывает очередную покупку в кредит. А мы отпускаем наших детей туда: пусть лучше за компом сидит, чем во дворе болтается! А ведь именно во дворе ребенок познает реальную жизнь, общается с живыми людьми, учится встречаться лицом к лицу с опасностями и противостоять им. Главная задача родителей — воспитывать в детях силу воли, интуицию, совесть, умение дружить, чтобы ребёнок, а потом взрослый мог в жизни заставить себя двигаться вперед и решать трудные задачи. Ведь сытое, безопасное пространство — это зона комфорта, а жизнь иногда ставит подножки, и надо научить детей вставать и двигаться дальше.
— Но как все же добиться успеха в современном мире?
— Я думаю, нет профессий будущего, но есть профессионалы будущего. Это и есть моя идея нового типа образования, отвечающая на вопрос: чему и как учить. Если кратко, то необходим стержень — это волевое и нравственное начало человека. Логическое образование, плюс гуманитарная составляющая, плюс умение развиваться, адаптироваться, самообразовываться и разбираться в системах управления социумом, развивать эмоциональную интеллигентность, навыки работы с людьми — то, чего не может делать компьютер, это сейчас и является дефицитом в социуме. Для меня это — то, что называется затертым словом «духовность» и означает умение налаживать и поддерживать хорошие отношения со всеми, с кем общаешься, умение не выпячивать собственное эго, умение слышать других. Думаю не стоит торопить ребенка выбирать профессию, встраивая его в какую-то схему. Надо помочь ему познать себя, найти любимое дело в жизни, и этот процесс резко отличается от того, как получали образвание мы. Поэтому начинать изменения надо с каждого из нас.
В качестве рецепта к действию я предлагаю использовать японское понятие Ikigai ( Цель жизни. — Ред.). Оно подразумевает четыре шага. Шаг первый — найти дело, от которого поет душа.
Шаг второй — если вы его нашли и поняли, что вам оно нравится, начать работать над своим мастерством в этом деле, используя в помощь себе интернет.
Шаг третий — надо убедиться в том, что миру нужно выбранное вами дело. Если же мир пошел в другую сторону, придётся искать ту форму, в которой социуму ваша деятельность будет нужна. Шаг четвёртый — убедиться в том, что это дело оплачиваемо. Пересечение этих четырёх областей и называется словом Ikigai. И все же залогом жизненного успеха человека является семья. Молодые русские женщины должны в первую очередь осознать, что они прежде всего — хранительницы нашего будущего, будущего страны, любви и семьи. И если они пойдут по мужской дороге, на которую их старательно гонят хозяева прибыли, всё в России закончится быстро. Так как сейчас в российских семьях рождается в среднем 1,6 ребенка, а для поддержания уровня населения нужно 2,15. Мне внушает надежду одна бросающаяся в глаза характеристика, которой мы не видим на Западе, — здесь практически все девушки длинноволосые. А ведь по-старославянски волосы — это космы, это связь с высшим, защита, а значит усиление вертикальной составляющей.
— И если обобщить всё сказанное…
— …то нужно сконцентрировать подготовку к будущему в нескольких направлениях. Поскольку нейронов в нашем мозге больше, чем звезд в галактике, люди должны развивать свои уникальные способности. И новый технологический уклад — это уже не индустриальная, а когнитивно-коммуникативная революция. Всю механическую работу возьмут на себя автоматы, значит, нужны будут люди, обладающие интуицией, творческим началом, способные к сочувствию, к человечности, к спонтанности. И это надо срочно начинать развивать. А еще нужно успеть стать Мастером в условиях глобальной конкуренции. Сохранить себя для будущего смогут только нации, которые сделают смыслом не прибыль, а развитие способностей и гениальности в человеке.
— Задача не самая простая, но выполнимая. Главное, чтоб нас с Вами услышали и поняли.

Наталья СЕКРЕТ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.