Я слышу, значит, я живу

Галина Холина

Чтобы хорошо слышать, следует для начала прислушаться к советам сурдолога — специалиста, занимающегося диагностикой, лечением и социальной реабилитацией пациентов с нарушениями слуха

На наши вопросы отвечает главный сурдолог Новосибирской области, руководитель сурдологического центра на базе Новосибирской областной клинической больницы Галина Холина.
— Галина Андреевна, я не ошибусь в предположении, что сегодня тугоухость — это не только возрастной признак, но проблема вне возраста?
— К сожалению. Но если для взрослого человека, имеющего речь, окончившего какое-то учебное заведение, получившего профессию и практически реализовавшего себя в жизни, снижение слуха — это проблема, которую можно устранить с помощью слухового аппарата, то для ребенка тугоухость, особенно высокой степени, может стать жизненной трагедией, если не обратиться вовремя к специалисту. Именно поэтому о сенсоневральной тугоухости у детей раннего возраста обязательно нужно поговорить со взрослой аудиторией. С 2009 года по всей стране, в том числе и в Новосибирской области, введен аудиологический скрининг новорожденных. Для этого специальной аппаратурой оснащены все родильные отделения, а также крупные поликлиники города и области. Аудиологический скрининг проводится уже с 3—4 дня жизни, то есть ясно становится сразу, слух в норме или нет. Отсюда все остальные действия, поскольку ребенку, возможно, ставится не только этот диагноз. Не исключено, что на первом плане у него будет какое-то неврологическое или генетическое заболевание. В первый месяц скрининговое обследование слуха повторяют, и, если снова окажется «не норма», ребёнка отправляют к сурдологу.
— А возможна ли ситуация, что в родильном доме ребенку не сделали этого исследования?
— Возможна в случае экстремально низкой массы тела при рождении или при наличии тяжелого заболевания у ребенка в период новорожденности. Таким детям обследование проводится позже, когда они догоняют в физическом развитии своих сверстников и выходят из тяжелого состояния. Но уже в возрасте 3—6 месяцев мы должны знать точно его уровень слуха, чтобы вовремя начать реабилитацию.
— Какие проблемы могут быть выявлены таким образом у маленького человека?
— Их немало. Самая часто встречающаяся — нарушение восприятия звука из-за поражения волосковых клеток улитки, то есть сенсоневральная тугоухость. Реже — нарушение проведения звука через наружное и среднее ухо. И это самое простое, с чем можно справиться. Среднее ухо «дает сбой» в результате воспалительных процессов — катаральных или экссудативных отитов, к которым легко могут привести банальный насморк или любое воспаление в носоглотке. Однако возникающая при этом «заложенность» ушей — это преходящая тугоухость, купировать которую можно быстро, если сразу же начать лечение. Совсем другое дело — сенсоневральная тугоухость. В этом случае чем раньше поставлен диагноз и начато лечение, тем больше шансов улучшить слух или хотя бы остановить его ухудшение. Нередко события развиваются по такой схеме: процесс начался с момента новорожденности, но родители не замечают этого и появляются у сурдолога в год или еще позже, когда начинают замечать, что их ребенок не говорит и плохо реагирует на звуки. Еще печальнее ситуация, когда, скажем, в три-четыре года у ребенка все еще нет речи, а родители успокаиваются доводами: «дети сейчас ленивые, особенно мальчики, наш заговорил вообще в пять лет» и так далее. Это совершенно недопустимо, поскольку процесс гибели нервной клетки идет от 6 до 12 месяцев. И если вначале это было небольшое поражение, то к году оно станет уже серьёзным, потому что его вовремя не остановили.
— Каковы причины сенсоневральной тугоухости?
— Причин много, и они разные у взрослых и детей. У деток это, прежде всего, патологии беременности и родов. Поэтому многое зависит от мам, насколько тщательно они заботились о своем здоровье во время вынашивания плода. Ведь, казалось бы, легкая анемия может привести к развитию гипоксически-ишемического поражения головного мозга у ребенка. Или, допустим, во время беременности мама подхватила какой-то вирус и принимала антибактериальную терапию. Или же она сама носительница таких вирусов, как герпес, токсоплазмоз или цитомегаловирус, но не выявила этого и не полечилась. А ведь эти вирусы очень опасны, они обязательно действуют на нервную клетку и не только слухового нерва, но и всей центральной нервной системы. Тугоухость могут спровоцировать и тяжелые роды, и кесарево сечение, к которому сейчас относятся с легкостью. На самом же деле это стремительный переход ребенка из одного бародавления в другое, что приводит к баротравме. И гораздо реже, как правило, в более позднем возрасте, это некая тяжелая, токсичная инфекция: менингит, который обязательно дает снижение слуха, грипп, бронхит, пневмония. Токсичны и препараты, которые используют для их лечения. Опасны различные травмы. Глухота может наступить от удара затылком и даже резкого крика непосредственно в ухо. И нам известны тяжелые случаи тугоухости как результат детской шалости или неосторожности. И, конечно, генетические особенности. Глухота обязательно достается в наследство кому-то, у кого в роду были или есть глухие.
— Многие болезни, действительно, родом из детства. Но наверняка есть и «взрослые» причины?
— Конечно, есть. И о них тоже следует знать. Самая главная из них, в более 50% случаев — сосудистая. Высокое давление, шейный остеохондроз с нестабильностью в шейном отделе позвоночника. От позвоночной артерии отходит единственный мелкий сосудик, идущий во внутреннее ухо. И если произошел спазм или извитость этого сосуда, то происходит нарушение кровоснабжения внутреннего уха и постепенное ухудшение работы слухового нерва. На втором месте для взрослых также вирусная инфекция. Далее — такие тяжелые заболевания, как онкология, туберкулез, которые лечатся очень серьезными антибактериальными препаратами, токсично действующими на слуховой нерв. Следующие в этой очереди травмы и работа в шуме.
— Вот об этом, пожалуйста, подробнее.
— Если человек работает в шуме, у него даже аудиограмма специфична. К этой категории относятся охотники, железнодорожники, лётчики, токари, фрезеровщики. Любое воздействие шума, особенно приближенного — это акустическая травма для слухового нерва. Можно всего один раз выстрелить и получить сенсоневральную тугоухость. Или побывать на концерте, выбрав место под усилителями, и выйти из зала с заложенностью в ушах и снижением слуха. То же с наушниками, громкой музыкой в клубах.
— Однако некоторые утверждают, что слух следует «тренировать» — тот же телевизор смотреть при приглушенном звуке. А брать в помощники слуховой аппарат как можно позже. Это верное мнение?
— Неверно ни то, ни другое. Ошибка может заключаться в том, что у человека уже наблюдается снижение слуха, а врачи другой специальности, не сурдологи, говорят ему: не стоит надевать слуховой аппарат, пока вы можете слышать своим ухом. Наденете — и сразу же потеряете эту способность. Это не так. Слуховой аппарат нужно надевать тогда, когда возникает дискомфорт: человек слышит не всё, либо слышит, но не может разобрать поступающую информацию, что, кстати, наблюдается чаще всего, так как при сенсоневральной тугоухости в первую очередь страдает именно высокочастотная зона, отвечающая за разборчивость речи. Тугоухость может быть небольшой, допустим, первой степени, когда разборчивость живой разговорной речи может быть на расстоянии 5 метров, а шёпотная на 0,5 метра при норме 6 метров. Если не надеть слуховой аппарат, то высокочастотная зона, в которую поступает очень мало звуковой информации с расстояния 0,5 метра, работает мало и постепенно начинает угасать. И уже в преклонном возрасте, когда дети покупают родителям даже очень дорогие слуховые аппараты, они оказываются бесполезными, потому что отвечающая за разборчивость речи высокочастотная зона больше не работает. А это означает, что тренировать следует как раз ее и именно с помощью слухового аппарата, усиливающего и, вследствие этого, доносящего звуки до высокочастотной зоны.
— Однако для многих слуховой аппарат — приговор, черная метка старости.
— А в результате — дискомфорт, повышенное давление и даже необходимость преждевременно отказаться от работы и активной жизни.
— Но если взглянуть на это чудо техники без предвзятости?
— Можно отметить массу положительного. Прежде всего, это касается цифровых аппаратов. Идет цифровая обработка сигнала, что обеспечивает его чёткое и мягкое звучание. И по габаритам они настолько деликатны, что едва ли заметны под волосами. А если уж совсем не хочется афишировать свои проблемы, то можно прибегнуть к помощи внутриушного аппарата, помещаемого глубоко в канал и не видного даже на врачебном приеме, пока пациент не извлечет его из уха. Их сейчас большое разнообразие под любой индивидуальный запрос и любую аудиограмму, так как все цифровые аппараты настраиваются по компьютерной программе точно по аудиограмме пациента и могут быть перенастроены при ее изменении. Благодаря аппарату человек получает совершенно иное качество жизни. Он работоспособен, ощущает свою нужность обществу, уверен в себе и ничего не опасается.
— Какова методика грамотного подбора аппарата?
— Слуховой аппарат может порекомендовать только врач-сурдолог, поскольку при этом необходимо учитывать наличие всех заболеваний у пациента — тех, которые могут быть причиной дальнейшего ухудшения слуха, и тех, которые могут являться противопоказанием для слухопротезирования на данный момент. Поэтому помимо слухового аппарата назначается поддерживающая терапия и динамическое наблюдение сурдолога, для того чтобы понять, удается ли улучшить слух или хотя бы удержать его. То есть наши пациенты не остаются наедине со своей проблемой. Главное — понимать и принимать это.
— А существуют ли хирургические способы коррекции слуха?
— Конечно. Если тугоухость возникла в результате поражения среднего уха, то операция делается именно на звукопроводящем аппарате. Например, кариозно измененные в результате хронического воспалительного процесса слуховые косточки во время санирующей операции на ухе удаляются и заменяются на протез. Либо при заболевании под названием отосклероз, когда во время болезни идет замена одной костной ткани на другую, плохо проводящую звук, последняя слуховая косточка под названием стремечко во время операции заменяется титановым протезом, и слух приходит в норму. Если же снижение слуха происходит за счет сенсоневральной тугоухости, достигшей очень высокой степени, не корректируемой слуховыми аппаратами, делается кохлеарная имплантация. Это внедрение в улитку электродов, которые будут заменять ее волосковые клетки, отвечающие за восприятие звука. С кохлеарным имплантом человек также снова слышит на сто процентов. Потому мы и беспокоимся о том, чтобы установить диагноз как можно раньше. Если эта операция проведена ребёнку в год-два, в крайнем случае, в три года, то он впоследствии догоняет сверстников и попадает в обычную социальную среду. Позже рассчитывать на это уже нельзя. Потому что формирование головного мозга закончено, и, поскольку центры слуха никто не нагружал, они перепрофилировались за ненадобностью. И лучше десять раз провести обследование, чем просто ждать, «а вдруг заговорит», а в итоге быть виноватым перед этим ребёнком. Однако и обследование также должно быть грамотным. Родители не говорящего ребенка нередко водят его по частным клиникам, готовы платить неврологам, психоневрологам, психологам, тогда как стоило бы начать с проведения компьютерной аудиограммы и сразу отмести этот фактор как причину недоразвития речи. Тем более что к сурдологу могут направлять абсолютно все специалисты, у кого появилось хотя бы малейшее подозрение на то, что у ребенка снижен слух.
— Можно ли профилактировать качество слуха?
— Для этого необходимо следить за своим давлением, весом, уровнем сахара в крови, стараться избегать вирусных инфекций и переохлаждений, избегать стрессовых ситуаций, не находиться в шуме, а при необходимости использовать средства защиты, не принимать ототоксичных препаратов. Мы должны исправлять всё, что можем исправить и стараться поддерживать свое здоровье. И уж если возникла проблема, воспринимать слуховой аппарат не как трагедию, а как тренажер для слуха.

Наталья СЕКРЕТ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.