Слезам не верит, пощады не знает

Цифровые технологии в юриспруденции — это хорошо или плохо?

Эксперты опасаются: как бы в погоне за скоростью обработки данных и насаждением программ распознавания лжи не потерять Человека.

Все нормально, если не задумываться…

Прошедшая в конце прошлого года Сибирская юридическая неделя — уже пятая по счету. Мероприятие это масштабное и многоликое: хоть разорвись, но на все интересные панельные дискуссии и круглые столы не попадешь. Юристы со всей России, а также гости из Испании, США и Голландии собрались, чтобы обсудить современные тренды мировой юриспруденции. Приятно, что Россия сегодня задает тон, что в теме международных стандартов регулирования в реал- и в онлайн-среде, что в развитии корпоративных отношений с точки зрения права, и всегда острых вопросов в сфере сделок с недвижимостью и землей. Однако где наша страна точно вырвалась вперед, так это в цифровизации всех проявлений юридической деятельности. Причем вперед настолько, что впору говорить о целесообразности дальнейшей гонки за «цифрой».
Пленарная сессия «Цифровизация: поражение в правах или новые возможности для бизнеса» оставила неоднозначное, даже, можно сказать, тревожное впечатление. Удивительным образом ее участники вроде бы положительно оценивали натиск цифровизации, однако в их словах было столько «однако»…
— Спору нет, цифровизация, что называется, сближает. Независимо от того, в столице или на периферии работают юридические компании, они чувствуют себя в центре своего юридического мира. Мы общаемся, делимся мнением, мы работаем в интернете, что позитивно сказывается на темпе работы и ее качестве, — уверяет управляющий партнер юридической компании «Юрисконсалт» Евгения Бондаренко и тут же напоминает, что нельзя забывать: интернет — это не коллега, не судья и не адвокат. Машина — это инструмент, но не самостоятельная единица юридического процесса любого типа и формы.
Практически каждый участник дискуссии вольно или невольно выдавал свои опасения при констатации того, что «цифра» отвоевывает все больше места как у человека, так и у привычных всем атрибутов юриспруденции. Хотя на поверхности — да, все хорошо.

Д. Новак

— Активно развивается госпрограмма «Цифровая экономика» и ее подпрограмма «Нормативное регулирование Цифровой среды», — заявил столичный гость заместитель министра юстиции РФ Денис Новак. — В их рамках готовятся несколько законопроектов, реализация которых затронет жизнь каждого юриста. К примеру, один из законопроектов в области нотариата при своем осуществлении позволит в части случаев обойтись без личной явки к нотариусу. Готовятся положения, которые облегчат проведение сделок в случае, когда стороны находятся в разных регионах. Есть и предложения, касающиеся подтверждения личности, оптимизации процедуры судебных заседаний и прочее.
Добавим, что в ближайших планах — цифровизация процедуры подачи документов в суды различной юрисдикции, в том числе доказательств в электронном виде; отказ от физического присутствия сторон в пользу видеосвязи; широкое распространение онлайн-систем досудебного урегулирования споров в бизнес-среде и многое другое. По заверениям экспертов, развитие цифровых технологий вынуждает к глобальной модернизации нормативной базы.

Разум задает вопросы, сердце просто боится

Перечисление будущих цифровых благ вроде бы только подкрепляет доводы в пользу того, что цифровизация — это прямо-таки исполнение мечты всех времен и народов: с ней скорость, простота, прозрачность всего и вся в юриспруденции достигнут небывалых высот. Однако закрадывается сомнение, а так ли это хорошо — быть «продвинутыми»? Что должны сделать власть и юристы, чтобы цифровые технологии не стали орудием зла? Может ли «цифра» посягнуть на право и сама стать законом?
— Уверен, что цифровизация глобальными переменами в части изменений самих принципов права нам не грозит. Иначе нет смысла ею заниматься, — убежден президент Московской коллегии адвокатов, член правления Российского союза промышленников и предпринимателей Павел Астахов. — Однако процесс не должен быть ради процесса. Не потерять бы Человека!
Как он рассказал далее, в США уже вовсю используется эдакий «электронный судья», который обрабатывает информацию по конкретному делу, сравнивает ее с подобными делами и выносит свое заключение о том, какое наказание должно быть назначено. Сегодня «голос» такого судьи все еще на уровне рекомендации, но уже есть статистика, что в 90% случаев выносится решение, идентичное предложенному машиной. Результат выше ожиданий, робот не упустит ни одну мелочь, его невозможно растрогать и сбить с толку. И вот уже звучат настойчивые предложения узаконить «электронного судью» таким образом, чтобы засчитывать его предложения наравне с голосами… ну, хотя бы присяжных в соответствующих процессах. Робот вместо одного из присяжных, или двух, или трех… А можно вообще отдать на откуп электронному судье «мелочь»: бытовые конфликты с ясной подоплекой, административные нарушения, простые прозрачные дела. Робот будет поточным методом выдавать вердикты (надо же, о «штампованных» приговорах можно будет писать без кавычек!). Машина судит человека — это уже сегодняшний день, пусть еще не российской, но значительной части мировой юриспруденции.
По залу пробежался холодок… среди тех, кто сам является частью системы и может во всех красках представить последствия использования «машинного» вершителя судеб. Внешняя невозмутимость юристов была отброшена. Практически каждый выступающий посчитал долгом высказаться о малоприятных перспективах цифровизации и даже поставить в пример отсталую Европу. Да, там нередко проходят разбирательства с участием российских юристов, которые только диву даются, видя истрепанные бумажные каталоги, компьютеры, не подключенные к интернету, и то, что кое-где до сих пор пользуются дискетами, которые у нас уже мало кто помнит! «У нас бы со стыда сгорели, показав такую российскую отсталость, а там никто не парится!» — реплика из зала. Но если они правы? Может быть, и нам пора притормозить с цифровизацией и перестать обращать внимание лишь на сокращение времени прохождения бумаг? Гораздо важнее сегодня понять, что будет с нашей этикой, ощущением справедливости. Сможет ли человек принять приговор, вынесенный компьютером, как приговор справедливый? Сможет ли он поставить знак равенства между «электронным судьей» и государством? Смирится ли он с тем, что машина решила его судьбу и судьбу близких, возможно, перечеркнув жизненные планы и перспективы бизнеса? Сохранится ли вообще понятие «справедливость»?

— Если «цифра» служит целям установления истины, а истина есть справедливость, тогда да, цифровые технологии должны использоваться активно, в том числе и для обеспечения участия в суде или предоставления доказательств, — уверена судья Восьмого кассационного суда общей юрисдикции г. Кемерово Наталья Папушина. — Но по-человечески мне бы не хотелось, чтобы мою судьбу решал робот. Да, робот обладает большей, нежели человек, способностью к выбору наиболее математически выверенного результата, но кто скажет, что такой результат является правильным и справедливым? Пусть уж лучше решает человек со всеми его недостатками и жизненным опытом. Он будет мерить мою судьбу своей жизненной меркой, а какой меркой будет мерить машина?

Деваться некуда?

Масса вопросов возникает, как только начинаешь вдумчиво рассматривать ну хотя бы такую категорию, как прозрачность, — фетиш современного продвинутого общества. Если граждане становятся все более прозрачными для государства, то как это совместить с защитой личных данных, правом на личное пространство и прочими старомодными понятиями? Участники дискуссии плохо ли, хорошо ли, но попытались ответить на этот вопрос.
— Что цифровизация дает, мы знаем. А что она отнимает? И это мы тоже прекрасно осознаем: конфиденциальность, личное пространство, ощущение неприкосновенности.

С. Пепеляев

Она несет угрозу потери себя как важности, ценности, на смену приходит ощущение человека-шестеренки, с выставленными на всеобщее обозрение проблемами, недостатками, глупостями, пристрастиями, извинительными и не очень. Человек сам становится прозрачным, — рассуждает к. ю. н., член Совета адвокатской палаты Московской области Сергей Пепеляев. — Идет определенный слом привычного уклада жизни и ударяет по судьбам. Причем одно дело личная жизнь, но ведь и в бизнесе происходит то же самое. И что дальше? Надо менять психологию и открыто заявить: тайны в нашей жизни, в наших делах больше не будет. Нам надо понять, к чему готовиться. И как воспитывать своих детей в условиях, когда каждая ошибка, глупость, неловкое действие останется в веках и может самым негативным образом отра-зиться через годы и десятилетия.
Неубиваемое досье, социальный рейтинг, деатомизация граждан, «Большой Брат следит за тобой», «Каждый с рождения будет выставлен в витрине, как амстердамская девка», — слова из высказываний участников дискуссии и, поверьте, сказаны они были серьезно. И ладно, если право на обладание полной информацией о человеке имеет только государство. Вот только гегемония эта легко рушится под умелыми руками «цифровых гениев», не обремененных моральными принципами. В ходе дискуссии был буквально вымучен вывод, что способов раскрытия информации о гражданах всегда больше, чем способов ее защиты. И это лишь малая доля того, что несет цифровизация. Так что же делать?
Мы вынуждены жить в цифровом пространстве и учиться работать с новыми технологиями. Сегодня задача — создать удобные сервисы для взаимодействия всех сторон, от адвокатуры до органов власти и не только. При этом надо научить не только работать, но и жить в электронном пространстве. В конечном итоге нашей целью должно быть создание единого цифрового пространства Доверия, — уверена член Совета федеральной палаты адвокатов Елена Авакян.
— Нужно понимать, какие риски стоят за этими процессами. Надо серьезно анализировать, а не ахать над прогнозами! Мы не сможем повернуть процесс вспять, а раз так, то надо его изучать и делать выводы, — подвел итог эксперт в области международного налогообложения Рустам Вахитов.
Хотелось бы поверить на слово, что все будет хорошо. Вот только этого никто не обещает.

Татьяна ЭМИХ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.