Закон, полезный для инвесторов

С. Карпекин

Правительство РФ внесло в Госдуму серию документов, основной из которых — проект Федерального закона «О защите и поощрении капиталовложений и развитии инвестиционной деятельности в Российской Федерации»

Поскольку «инвестиционная» тема сегодня популярна в предпринимательской среде любого уровня, мы попросили нашего постоянного эксперта Сергея Карпекина — президента МАРП и генерального директора ООО «Сибирская юридическая компания», где проводится, кстати, юридический анализ этого законопроекта на местном уровне, прокомментировать его плюсы и минусы.
— Тема эта, действительно, весьма популярна. Тем более что законодательство для данной сферы несколько отстало: до настоящего времени действовал закон еще РСФСР о поддержке инвестиционной деятельности и энное количество разрозненных правовых актов.
Понятно, что некоторые из них уже приобрели оттенок архаичности и по сути никакой роли в этом правовом поле не играют. Данный проект, представленный достаточно емким текстом, — очень своевременная попытка свести воедино все правовые положения относительно инвестиционной деятельности. Правительство подготовило данный законопроект и внесло его в Госдуму, которая, в свою очередь, отправила его субъектам для рассмотрения и внесения поправок. К этой работе подключились и мы.
— Что можно сказать об этом документе более конкретно?
— Закон предлагает некую упорядоченную систему поддержки и защиты инвестиций, дает мощный понятийный аппарат, изменяющий некоторые сегодняшние представления. Сегодня инновационный проект — это набор документов: технико-экономическое обоснование, бизнес-план и так далее, что вполне очевидно не соответствует действительности. Новый закон подходит к этому явлению системно, определяя его новое понятие как комплекс организационных, финансовых мер, инструментов, субъектов и так далее. Теперь это не стопка бумаг, это деятельность — организаций, представителей органов власти и так далее. Однако, учитывая проектный статус нового закона, мы хотим внести некоторые предложения по корректировке этих понятий.
— Предлагаю остановиться на этом чуть позже, поскольку сначала хотелось бы прояснить некоторые моменты иного толка. Например, чьих интересов касаются изменения?
— Закон направлен на крупный бизнес, что даже отражено в пояснительной записке. Эту логику можно понять, поскольку инвестиции крупных компаний сегодня формируют в большей части весь инвестиционный объем. С другой стороны, возникает вопрос, а почему не достоин поддержки и защиты в своей инновационной деятельности бизнес малый?
— Возможно, это связано с основными задачами закона?
— Его первейшая задача — обеспечение стабильности не только налогового режима. В законе оговорено следующее: чем больше сумма инвестиционного проекта, тем на более длительный срок можно зафиксировать некий стабильный режим. Допустим, проекты от 250 млн до 1 млрд руб. — 3 года; от 1 млрд до 5 млрд руб. — 6 лет; а от 5 млрд до 10 млрд руб. и выше — 20 лет.
— Это хорошо или плохо?
— Конечно, хорошо, потому что если среда по каким-то причинам резко и сильно меняется, то проект из рентабельного, по предварительным расчетам, может резко превратиться в нерентабельный. Получится, что инвестиции сделаны зря. Какой же смысл продолжать проект, который, заранее известно, даже не окупив себя, станет невыгодным в силу изменений норм и требований к нему? В том числе и технических регламентов. Поэтому в этом смысле идея правильная.
— Но есть и другие смыслы?
— Есть. Обычные инвесторы получают стабильность только на три года. Это очень малый срок, поскольку, как правило, инвестиционный цикл длится от 5 до 10 лет. За это время проект реализуется, выходит на какую-то проектную мощность и далее начинает себя окупать. Поэтому для решения этих задач законопроект предусматривает два вида инвестиционного режима — общий и проектный. Общий — это та самая защита на 3 года, равные права при получении гос-поддержки, то есть «как для всех». Однако это маленький срок даже для не слишком крупного инвестиционного проекта. А вот проектный режим дает серьезные преимущества в виде такого инструмента, как соглашение о защите и поощрении капиталовложения. И в зависимости от суммы инвестируемых собственных средств инвестора стабильность может быть гарантирована на срок до 20 лет. Правда, эта сумма должна превышать 10 млрд руб. Наверное, это неплохо, поскольку инвестору открывается некая перспектива, хотя сумма для этого определена очень большая.
В новой редакции закон отделяет также такие понятия, как частные инвестиционные инициативы и публичные. При этом подразумевается, что и та, и другая имеют право на жизнь — дают возможность публичной власти участвовать в инвестициях на тех же правах, что и частные, как бы уравнивая их в этом. И это хорошая основа для государственно-частного партнерства в том числе. Законопроект, безусловно, нужный и, на первый взгляд, неплохой. Он как бы кодифицирует все разрозненные формы, которые есть сейчас в старых законах этой сферы.
— Ну а в чем заключены его недоработки?
— Проведя более глубокий юридический анализ, мы, естественно, подготовили серию поправок, за которые мы намерены бороться через РСПП, Торгово-промышленную палату и депутатов регионального Законодательного собрания. Во-первых, мы считаем, что пороговые инвестиционные суммы для сферы здравоохранения, образования, спорта нужно понизить до 250 млн руб. А для промышленных предприятий — до 1,5 млрд руб. Хотя есть предложения снизить их до 50 млн руб., чтобы закон был полезен и малому бизнесу. Но, по нашему мнению, это утопия, поскольку можно настолько перегрузить систему администрирования проектов, что будет невозможно понять, где реальное инвестирование, а где, например, просто покупка мебели в офис. Все будут требовать себе каких-то преференций, и сложно будет не только переварить все это технически, но и решить вопросы господдержки из-за определенных лимитов. Предлагаемый нами порог вовлечет в сферу этого закона значительно большее количество предприятий, но не перегрузит систему.
Кроме того, мы обнаружили, что инвестиционная деятельность данным проектом закона не совсем четко определяет, куда могут быть сделаны инвестиции. Мы не увидели там возможности инвестирования в уставной капитал, а также в интеллектуальные объекты. Все сосредоточено в основном на материальных объектах, имущественных комплексах. На наш взгляд, это не соответствует требованиям времени. Мир цифровизуется, а этот процесс напрямую связан с интеллектуальной собственностью. Поэтому расширить предмет регулирования, включив возможность инвестирования в объекты интеллектуальной собственности и, например, в уставный капитал хозяйственных обществ, мы считаем необходимым.
Опять же инвестором, согласно этому закону, может быть гражданин либо юридическое лицо. А про предпринимателей забыли. Но ведь и они иногда делают крупные инвестиции. И этот правовой вакуум следует исключить.
Еще один важный момент: основной инструмент этого закона — сроки подготовки заключения соглашения о защите и поощрении капиталовложений — отдан на подзаконный уровень. Мы считаем это неправильным. Такие важные вещи должны быть отрегулированы непосредственно законом.
Не раскрыты и полномочия Федеральной антимонопольной службы по этим вопросам. Но это важно. Поскольку ее действия или бездействие могут либо способствовать, либо препятствовать этой деятельности.
Есть в проекте закона и внутренние противоречия. С одной стороны, установлена неизменность положений соглашения о защите и поощрении капиталовложений на упомянутые длительные сроки, с другой — допускается изменение этого соглашения по согласию сторон. Поэтому для устранения этой неточности мы хотим предложить конкретизирующую формулировку: «Соглашение о защите и поощрении капиталовложений не может быть изменено в одностороннем порядке».
Думаю, здесь уместна аналогия с опасениями предпринимателей получать гос-
поддержку: вдруг что-то пойдет не так,
как ожидалось. А все усилия государства по поощрению, поддержке предпринимателей нивелируются принципом «в случае чего, все заберем обратно». А это «все» уже вложено в дело. Мне кажется, это притормаживает инвестиционную деятельность.
Хорошая идея — в 11-й статье закона предусматривается финансово-проектный аудит. Эта процедура должна обеспечить качественный анализ проектной документации уже на начальной стадии. Но, как всегда, этот аудит — абсолютная прерогатива федеральных финансовых органов и субъектов Федерации. С юридической точки зрения, это неправильный подход, поскольку те же самые чиновники будут заниматься аудитом — здесь и коррупционная составляющая, и узконаправленный взгляд. Получается, государство будет само решать, хорош твой проект или нет без участия независимой стороны. Рассчитывать в такой ситуации на беспристрастность очень сложно. И это еще один серьезный барьер. Поэтому мы готовим предложения по преобразованию этого аудита в действительно независимый.
И, пожалуй, последнее новшество — законопроект предусматривает при разрешении споров рассмотрение дел в негосударственном арбитраже. Это особенно важно для иностранных инвесторов.
— Давайте подытожим сухой остаток новаторского в законе.
— Это кодификация разрозненных норм в единый документ, с которым будет легко работать. Это стабильные режимы. Пусть пока для крупных проектов, но есть регламент: при определенной сумме инвестиций весь регуляторный режим вплоть до технического регулирования будет стабильным определенное же количество лет. А сами режимы четко разделены на общие и специальные.
Однако поскольку инвестиционная деятельность — в совместном ведении федерального и регионального регулирования, этот закон полноценно заработает, если будут изменены региональные законы. Поэтому помимо принятия в качественном виде на федеральном уровне нового закона, для нас чрезвычайно важно синхронизировать эту работу с региональным парламентом и правительством, дабы максимально быстро принять нужные нормы в развитие этого закона уже здесь, на местах.

Наталья СЕКРЕТ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.