Система нуждается в реформе

Возникший на фоне пандемии экономический спад и наметившийся кризис неплатежей в коммунальной сфере еще острее ставит вопрос о реформе системы теплоснабжения самого крупного города Сибири

По авторитетному мнению С. В. Бухарова, более 15 лет отработавшего в сфере финансово-экономического управления в энергетике (ОАО «Новосибирскэнерго», ТГК-13), и исполнительного директора Межотраслевого некоммерческого фонда энергосбережения и развития топливно-энергетического комплекса Новосибирской области А. П. Шибанова, с 1995 года возглавляющего авторитетную экспертную организацию, занимающуюся сопровождением и поддержкой проектов, мероприятий и программ энергосбережения и энергоэффективности, Новосибирск сегодня является заложником сложившейся системы теплоснабжения, которая весьма устарела.
Технологические особенности заключаются в том, что теплотрассы чаще всего расположены под землей и жестко привязаны к существующим источникам тепловой энергии, поэтому просто так их конфигурацию не изменить. В нашем городе система исторически выстраивалась в режиме склеивания отдельных локальных СЦТС. Практически каждое крупное предприятие, которое появлялось в промышленной зоне города, строилось со своим источником энергоснабжения, вырабатывающим и электрическую, и тепловую энергию, либо привязывалось к иной производственной площадке, на которой уже был энергоисточник. Позднее вокруг каждого предприятия возникал социальный городок, и существующий источник начинал покрывать коммунально-бытовую нагрузку. Затем появлялись «перемычки», и постепенно это все закольцовывалось и собиралось в единую сеть. То есть главным ядром и причиной запуска всей системы централизованного теплоснабжения Новосибирска являлась промышленность, все делалось с учетом того, что стратегически это — промышленный город, с крупными предприятиями, мощностям которых должны соответствовать и крупные энергоисточники. В частности, блок № 6 на Новосибирской ТЭЦ-5 на 200 МВт, введенный в 2004 году (по установленной мощности это больше, чем вводы мощностей в системе РАО «ЕЭС» за весь период, в течение которого им руководил А. Б. Чубайс), строился, прежде всего, для поддержания этого базиса и покрытия перспективных тепловых нагрузок города и электрических — области. Это предопределило перспективу развития города на много лет вперед. При этом необходимо отметить, что вышеописанное не является особенностью Новосибирска. Это типичный путь развития систем централизованного теплоснабжения практически всех городов России.
Сегодня по электроснабжению мы живем в реалиях того рынка, который был в процессе реформирования российской энергетики. Оптовый рынок электроэнергии и мощности в России — это рынок финансовый, а не физический. Местные электростанции (на территории Новосибирска — 4 ТЭЦ и 1 ГЭС) поставляют свою продукцию на оптовый рынок, но «электроны не меченые» — никто не может сказать, какая часть электроэнергии потреблена внутри Новосибирской области и должна быть оплачена ее потребителями. Раньше система Новосибирскэнерго по электроэнергии была сбалансирована по году в целом, то есть годовая выработка примерно равнялась годовому потреблению. Хотя в отдельные дни отдельных месяцев мы потребляли больше, чем вырабатывали, а в другие периоды — наоборот, все это балансировалось за счет перетоков в единой энергосистеме.
По теплу (с точки зрения баланса установленных мощностей и потребления) система имеет большой запас. Если все имеющиеся источники включить на полную нагрузку и заставить их вырабатывать теплоэнергию весь отопительный период, объем выработки может быть на 40—50 процентов больше текущего потребления.
Позиция СГК в этой ситуации понятна: баланс мощностей у нее обеспечен, и экономические показатели выше, чем у любой из локальных котельных. Чтобы транслировать всех потребителей, их нужно подключить к действующим эффективным источникам. Тогда эти улучшенные показатели вместе с экономией по топливу (а это около 200 миллионов рублей дополнительных ресурсов) можно будет направить на ремонт сетей. Но в городе есть котельные других собственников, причем половина из них принадлежит муниципалитету. Возникает и еще один момент, связанный с проблемой пиковых мощностей, которые не включаются в баланс по комбинированной выработке и предназначены для производства только тепловой энергии. Эти мощности дают дополнительную нагрузку на сети, что порождает вопросы относительно экономики сетевой работы.
Что выгоднее в этом случае: размещать эти источники на площадках СГК или использовать в таком количестве имеющиеся котельные? И насколько обоснована с экономико-технической точки зрения локализация крупнейших производительных источников всего в четырех точках города? Для того, чтобы принять верное решение о сбалансированном размещении пиковых мощностей, необходимо рассмотреть этот вопрос при разработке проекта актуализации схемы теплоснабжения, изначально этого не было сделано. Поэтому нынешняя схема теплоснабжения ответов на эти вопросы не дает. И это тревожный сигнал.
«На наш взгляд — мнение Сергея Владимировича в этом случае с моим совпадает — ситуация сегодня характеризуется следующим образом, — говорит Алексей Шибанов. — В связи с тем, что, согласно действующему законодательству, материальные объекты теплоснабжения находятся в чьей-то собственности, первое, с чем сталкивается город, — интересы этих собственников. Для того чтобы эти разнородные интересы направить в определенное русло, чтобы они были сбалансированы и служили общей задаче, она должна быть внятно сформулирована.
Основополагающим документом при этом является схема теплоснабжения, на базе которой строятся все инвестиционные программы развития. Она должна не только описывать сложившуюся ситуацию, но и давать ориентиры на перспективу. Несмотря на то, что она сформулирована до 2030 года, в ней не ставятся вопросы о том, насколько оптимально в соответствии со сложившимися условиями размещены источники, проложены сети, к какому идеальному образу по истечении 15 лет мы должны привести систему, чтобы исключить все претензии по повышенным потерям сетей, аварийности, по сочетанию мощностей и источников, способности глубокого регулирования. Наконец, по тем возможностям, которые система должна предоставить потребителю с точки зрения оптимального теплопотребления. Эти вопросы пока не поставлены никак».
Следствие этого — достижение предела прочности существующей системы теплоснабжения. Да, то, что в последние годы построено в городе, удалось «посадить» на существующие тепловые сети и источники из-за снижения промышленного потребления тепловой энергии и тепловых сетей, построенных с запасом, и с перспективой на «расточительные» по сегодняшним меркам задания с завышенными тепловыми характеристиками. За счет этого «состоялись» уплотнительные застройки, стало возможным подключение к старым теплосетям новых «точечных» зданий. Но этот резерв уже близок к исчерпанию. И в первую очередь это связано с состоянием тепловых сетей.
Главная проблема тепловых сетей — многолетний недоремонт. Эта тема постоянно звучит, и совершенно справедливо. По всем нормативам, темп ремонтных работ должен быть равен темпу наращивания объема материальной части тепловых сетей 20—25 лет назад (срок службы трубы). И если мы перестаем поддерживать такой темп, система начинает деградировать, что, собственно, мы можем наблюдать. Это ситуация, требующая качественных структурных изменений, которые должны быть учтены при принятии стратегического решения в рамках схемы теплоснабжения. Выйти из нее текущим финансированием и текущими работами уже нельзя. Поэтому совершенно реальны прогнозы, согласно которым аварийность в нашем городе будет нарастать лавинообразно.
«Мы находимся в ситуации, когда город не сформулировал своего идеала и не обозначил переходную функцию для его достижения, — считает А. Шибанов. — Пока мы отрабатываем то, что уже есть. Возникает вопрос: избыточно или не избыточно количество сетей на единицу потребления? Отвечая на него, нужно понимать, что мы живем в совершенно новой ситуации и что изначально система складывалась для ресурсоснабжения промышленного сектора экономики. С тех пор промышленность потеряла свою долю и свою значимость как потребителя тепловой энергии и технологического тепла. Технологии изменились, некоторыми промпредприятиями были решены вопросы по локальным энергоисточникам.
Система сегодня стала социально-ориентированной, в отношении неё формулируются иные запросы. Не опираясь на новые реалии в техническом задании, город предоставил право уточнения схемы теплоснабжения в инициативном порядке. Город не сам ведет эту работу. Он отдал её на аутсорсинг. То есть формально управление этим процессом у него сохранилось, а технологически и постановочно утрачено полностью. Сегодня любой, кто заявляется как исполнитель актуализации, фактически отрабатывает интересы тех, кто финансирует его работу. Мы оказываемся в ситуации, когда задача развития городского достояния, которым, без сомнения, является централизованная система, не выполняется, при этом нет никого, кто был бы готов вложить деньги и создать другую систему. Сейчас всё направлено на достижение прибыли на своих локальных участках. Город не платит за разработку системы теплоснабжения».
Что в результате? Первый предвестник каскадных аварий возник осенью 2019 года: на Северо-Чемском жилмассиве через несколько часов после ликвидации одной аварии появился прорыв на соседнем участке. Специалисты заявили, что трубы прогнили «в решето» — после локализации порыва вместо того, чтобы заменить участок с повреждением протяженностью несколько метров или даже менее, пришлось поменять 25—30 метров. При сварке элементарно не было возможности «прихватиться» к стенкам старой трубы. Реальность такова, что каскадная авария (особенно состоящая из четырех-пяти и более аварий на одном линейном участке) способна надолго оставить без тепла целый микрорайон. При этом ни у кого в Новосибирске нет опыта «разогрева» полностью «остывших» домов. Никто не знает, как это выполнить технически и какие при этом возникнут экономические, социальные и прочие издержки.
Поэтому совершенно очевидно, что 15 лет недоремонта жизненно необходимо компенсировать даже не сегодня, а уже вчера. Посудите сами. Перед вами — анализ инфляции и роста тарифа за последние десять лет. Если до 2014 года власти пытались маневрировать индексацией тарифа так, чтобы и лимиты не нарушать, и ресурсоснабжающим организациям помогать (скажем, в один год энергетикам поднять тариф повыше, а водоканалу придержать, в другой — наоборот, при этом общий индекс остается в разрешенных пределах), то, начиная с 2014 года, регулирование пошло исключительно по индексу максимальной платы гражданами. Если взять кумулятивным образом изменения инфляции и тарифа с 2014 по 2019 годы, инфляция оказывается ровно в два раза выше. Но нужно понимать, что инфляция издержек практически никогда не совпадает с инфляцией потребительских цен, в ориентации на которые пересматриваются тарифы (реально эти показатели систематически занижаются).
Чтобы почувствовать разницу, достаточно сравнить реальные цифры по новосибирской энергосистеме. В тарифе на передачу в 2004 году ремонтный фонд составлял 399 миллиона рублей, в 2019 году — 423 миллиона. При этом тарифная ставка рабочего первого разряда в 2004 году равнялась 1800 рублям, в 2019 — 6200 рублям, одна тонна трубы 1000 мм со стенкой 10 мм при этом стоила 18000 рублей в 2004 году и 75000 — в 2019 году.
«Нужно понимать, что исходный базисный вариант централизованной системы теплоснабжения был разработан в 2012 году, — отмечает Алексей Шибанов. — Прошло восемь лет с последующим в последнее время переходом на вертикальную застройку, на возникновение совершенно другого типа потребителей, что требует кардинального пересмотра базы, требует ревизии всех исходных данных. Уже в 2016—2017 годах стало понятно, что необходимо менять стратегию, которая перестала соответствовать фактической ситуации. В схеме 2012 года были заложены, во-первых, весьма амбициозные планы застройщиков, которые обязывались каждый год вводить 1,5—2 миллиона квадратных метров жилья, во-вторых, строительные нормативы потребления, которые были завышены почти на треть относительно факта. И те и другие цифры не выдержали проверки временем.
Сегодня — совершенно иные реалии. Мы имеем схему, в которой те ошибки, которые когда-то были в неё заложены, не исправляются, а воспринимаются как естественные исходные для дальнейшей работы. Поэтому актуализация сегодня важна не как очередной «мелкий» шаг в течение года, а как четкое представление того, что заложено в основу всех расчетов, которые фактически нагрузке не отвечают. Закладывая нагрузки в строительные проекты, мы переутяжеляем схему. Мы гордимся, что система закольцована и даёт возможность активного управления в аварийных ситуациях, но никто не ответил на вопрос: во сколько раз за счет этой «закольцованности» мы переложили металла.
Город сформировал направление своего развития. На его карте вырастают микрогорода. Отсюда вопрос: как, каким образом с учетом этой тенденции оптимально разместить источники? И пока на эти вопросы ответов нет, пока мы не увидим конечные целевые показатели эффективности работы, к схеме теплоснабжения будет повышенное внимание и претензии.
В схеме теплоснабжения, в нарушение требований, установленных постановлением Правительства РФ от 22.02.2012 № 154, отсутствуют обоснованные и комплексные расчеты тарифных последствий по всем вариантам развития системы. Как будут меняться тарифы в зависимости от обстоятельств, неясно. Интерес города в своем развитии и интерес инвестора с другой стороны находятся в стадии зыбкого баланса, под который не подведена основа. Совсем недавно СГК говорила о стремительном развитии. Опыт же эксплуатации показал, что инвестировать нужно не в развитие, а в то, что уже есть, поскольку аварийность системы очень высока. Но латать одно и то же, не понимая, как и каким образом это должно быть трансформировано под новую ситуацию, прежде всего, в надежность, можно бесконечно. До тех пор, пока вопрос оптимальной конфигурации по размещению источников и магистрально-распределительным путям с одной стороны и показателям эффективности использования этой системы с другой стороны не будут увязаны и заложены в схеме, мы всегда будем совершать ошибки».
Чтобы сдвинуть это с мертвой точки, уверен эксперт, необходима активная позиция мэрии г. Новосибирска. Необходимо четкое понимание и внятный посыл — каким она видит будущее города, чего она хочет и при помощи каких механизмов это будет достигнуто.
Почему необходимы ответственная позиция и ответственное решение именно со стороны власти, — задаются вопросом эксперты? Во-первых, в большинстве крупных городов сосуществуют несколько ресурсоснабжающих организаций, у каждой из которых могут быть свои интересы по развитию в первую очередь своей зоны теплоснабжения (например, в Новосибирске — 110 локальных зон централизованного теплоснабжения). А власть должна найти баланс интересов между различными собственниками генерации и сетей, исходя из критериев обеспечения безопасности функционирования всей системы и минимизации тарифной нагрузки на потребителя. Здесь должен быть найден некий технико-экономический оптимум: что выгоднее — построить новую котельную или новый участок сетей, чтобы дозагрузить уже имеющуюся. Власть должна действовать, в первую очередь, в интересах потребителей.
У СГК сегодня заключены концессионные соглашения по 20 муниципальным котельным. По условиям договора, компания должна ежегодно вкладывать несколько миллионов рублей в их реконструкцию. Но часть этих котельных объективно не нужна. В некоторых случаях гораздо выгоднее переключить их потребителей на теплоснабжение от ТЭЦ, а высвободившиеся средства направить на реконструкцию других участков сетевого хозяйства. Но городские власти, пока действует концессия, не разрешают вывести из эксплуатации свое имущество, ради защиты которого потребители в итоге вынуждены платить за тепло больше, чем могли бы. При этом еще раз необходимо подчеркнуть — финансирование, по требованию мэрии, вложений в локальные котельные производится за счет средств, которые можно было бы направить на ремонт сетей, что в итоге приводит к снижению надежности системы.
Второй момент, почему схемы теплоснабжения переданы в ведение муниципалитетов, заключается в том, что только власть может знать, что и где будет строиться в перспективе 15 лет. Здесь мы упираемся в целом в систему стратегического планирования развития муниципального образования. Схема теплоснабжения привязывается к генплану развития города, последний из которых был принят в 2007 году. Он безнадежно устарел. Да, решением горсовета от 25 апреля 2018 года в него были внесены изменения. Но значит ли это, что стратегия развития инфраструктуры города и, в частности, системы теплоснабжения определена? Сомнительно. Ведь ни один из последних генпланов на практике не соблюдался уже много десятков лет. Например, там, где по генплану предусмотрена кольцевая развязка, сейчас по факту — золоотвал ТЭЦ-3. Ипподромская магистраль, которая по генплану должна быть сквозной, по факту упирается в Калининский универмаг. Объездные дороги в генплане 2007 года проложены через существующие промышленные зоны, что является косвенным свидетельством того, что в развитии промышленности в Новосибирске власти не слишком заинтересованы. В декабре 2019 года начались общественные слушания по актуализации очередного генерального плана развития Новосибирска.
Но даже если не рассматривать перспективное планирование, в существующей системе накопилось столько проблем, которые невозможно решить без участия власти. «На сегодняшний же день приоритетная задача власти — сохранить то, что есть. То есть, «пусть будет, что есть» — вот позиция, — говорит Шибанов. — Но дело-то в том, что никого уже не устраивает то, что есть. Необходимы преобразования, и этим должен заниматься муниципалитет. В качестве разумной альтернативы можно использовать другой вариант — передать все права и всю ответственность за систему Единой теплоснабжающей организации. В этом случае с этой организации можно и спросить. И тему технического задания на разработку схемы теплоснабжения будет решать не мэрия, а Единая теплоснабжающая организация. Нормативный формат для этого создан, это альтернативная котельная, являющаяся методикой данного подхода. Или мэрия всё отдает, принимая на себя ответственность за перспективное формирование тарифов, рассчитанных по методике альтернативной котельной. Всё остальное — в зоне ответственности Единой теплоснабжающей организации».
Одновременно нужно понимать, что внедрение данной методики, а также возможный рост тарифов соответствует интересам монополиста — СГК. Муниципалитет при этом вынужден искать разумный баланс между интересами энергокомпании и интересами потребителей и жителей Новосибирска.
Ответственное организационное решение, в котором остро нуждается город, необходимо сформулировать с учетом всех этих моментов.

Сергей ГОНТАРЕНКО

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.