Ключевая ставка как инструмент регулирования экономики

В последние годы в России и других странах ведется острая дискуссия относительно использования ключевой (учетной) ставки в качестве инструмента регулирования развития экономики. Попробуем посмотреть на нее с разных точек зрения

Прежде всего, необходимо сказать, что в России ключевая ставка (КС) – это минимальный процент, под который Центральный банк России предоставляет краткосрочные кредиты коммерческим банкам и максимальный процент по депозитам коммерческих банков в Центральном банке. При повышении ключевой ставки снижается склонность банков к заимствованию у Банка России – займы будут более дорогими, и повышается их склонность держать часть своих денег на депозитах в Центральном банке, так как процент по ним становится выше. Следствием этого является снижение предложения денег банками своим клиентам. Вслед за изменением ключевой ставки изменяются ставки на рынке межбанковских кредитов, а также по кредитам и депозитам для клиентов в коммерческих банках. При повышении этой ставки кредиты становятся более дорогими, и клиенты банков менее склонны их брать. В итоге повышение ключевой ставки при прочих равных условиях приводит к уменьшению спроса на продукцию и услуги, которые часто приобретаются с использованием кредита. В результате через некоторое время уменьшение спроса имеет своим следствием сокращение производства или замедление темпов его роста.
Говоря о ключевой ставке, необходимо отметить, что это лишь один из инструментов экономической политики, которая может быть разделена на два крупных блока: фискальная политика и монетарная (или кредитно-денежная) политика. В связи с этим отметим, что использование инструментов экономической политики требует координации действий органов государственного управления при их применении для достижения целей национального развития, так как Центральный банк использует монетарные инструменты, а Правительство России – фискальные.

Российский опыт

Банк России использует ключевую ставку в качестве основного инструмента борьбы с инфляцией. Повышение ставки, как уже было отмечено, снижает предложение денег банковской системой и с определенным запаздыванием (лагом) приводит к уменьшению инфляции. Снижение ставки с целью стимулирования спроса в экономике увеличивает предложение денег, позитивно влияет на спрос на товары и услуги и может иметь проинфляционные последствия. Динамика ключевой ставки в России в 2017–2026 гг. показана на рисунке. Из графика видно, что наибольшее значение этого инструмента монетарной политики имело место в период с октября 2024 г. по июнь 2025 г.
В период с 2014 г. Банк России проводит политику так называемого инфляционного таргетирования. Суть ее состоит в том, что устанавливается цель (англ. – target) по инфляции, достижение которой происходит с помощью различных инструментов, и прежде всего путем варьирования ключевой ставки.
Проблема при использовании КС в целях борьбы с инфляцией состоит в том, что Правительством РФ одновременно используются и другие инструменты экономической политики, соответственно, изменение ключевой ставки воздействует не только на инфляцию, но и на другие важнейшие показатели экономической динамики. При этом зачастую органы государственного управления недостаточно согласуют между собой свои действия при использовании инструментов экономической политики.
В качестве примера – последствия действий Правительства и Банка России в области экономической политики во второй половине 2018 г. – начале 2019 г. и в 2024–2025 гг. в сравнении с опытом стимулирования экономического роста в США и Китае.
Во второй половине 2018 г. Центральный банк России дважды повышал ключевую ставку: с 7,25 до 7,5 % и далее до 7,75 %
годовых. Последнее значение ключевой ставки (7,75 %) было снижено только в июне 2019 г. При этом индекс потребительских цен в 2018 г. составил 4,3 %, т. е.
практически был равен целевому уровню по инфляции, установленному Банком России (4 %).
Если действия Банка России объяснялись целями борьбы с инфляцией, то повышение Минфином РФ НДС с 1 января 2019 г., в котором не было никакой необходимости, было явной проинфляционной мерой. Оно было предпринято в условиях профицита федерального бюджета в 2018 г. Таким образом, имел место случай явной несогласованности действий двух важнейших органов государственного управления – Банка России и Министерства финансов. Повышение ставки процента в экономике и рост налоговой нагрузки являются стандартными инструментами, противодействующими ускорению экономического роста. Их применение рассматривается как мера по предотвращению «перегрева» экономики, за которым может последовать значительный спад ВВП. При этом ни о каком «перегреве» экономики России не было и речи. В 2018 г. мировая экономика росла темпом 3,6 %, в то время как экономический рост в России составил 2,3 %, т. е. в полтора с лишним раза ниже общемирового показателя.
Обе вышеназванные меры находились в явном противоречии с установками президента России о необходимости существенного ускорения экономического
роста, сформулированными в Указе
№ 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года».
Последствия этих действий хорошо видны по результатам развития экономики России в 2019 г. Практически все макроэкономические показатели ухудшились. Темп прироста ВВП сократился с 2,5 %
в 2018 г. до 1,3 % в 2019 г., или почти в два раза. Из крупных секторов экономики хорошие темпы прироста продемонстрировало только сельское хозяйство (4,3 %). В обрабатывающей промышленности из 24-х видов экономической деятельности по 15-и произошло замедление темпов прироста. Особенно неприятным результатом несогласованной макроэкономической политики явилось существенное (в три раза) сокращение темпов прироста инвестиций в основной капитал с 5,1 % в 2018 г. до 1,7 % в 2019 г.
В 2024–2025 гг. Банк России проводил исключительно жесткую монетарную политику путем поддержания высокой ключевой ставки с целью снижения инфляции. В результате инфляция в 2025 г. снизилась до 5,6 % по сравнению с 9,5 % в 2024 г. Но какова была цена этого уменьшения темпа роста цен? Темп прироста ВВП уменьшился с 4,3 % в 2024 г. до 1 % в 2025 г., т. е. более чем в четыре раза, темп прироста инвестиций в основной капитал сократился с 8,4 % до отрицательного уровня –2,3 %, темп прироста промышленного производства упал с 4,6 до 1,3 %. Замедление экономического роста продолжилось в начале 2026 г. Этому содействовало также повышение Минфином РФ налоговой нагрузки, в том числе рост НДС с 20 до 22 %
с 1 января 2026 г., что явилось явно проинфляционной мерой в условиях ожесточенной борьбы Банка России с инфляцией. В январе-феврале 2026 г. объем работ, выполненных в строительстве, сократился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года почти на 15 %, ввод жилья уменьшился более чем на 30 %, индекс выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности снизился на 2,8 %.
Особенно чувствительным к ужесточению монетарной политики в России является инвестиционный сектор экономики. Рост процентных ставок в экономике почти всегда приводит к уменьшению темпов прироста инвестиций в основной капитал или их снижению.
Необходимо отметить, что исследования показывают, что в последние годы на усиление инфляции влияют не только изменения в кредитно-денежной политике, но и другие факторы, в частности, рост оплаты труда в экономике России, возникший в связи с дефицитом квалифицированной рабочей силы в годы проведения СВО, инфляционные ожидания, рост тарифов естественных монополий и некоторые другие. Эти факторы не могут быть изменены с использованием инструментов монетарной политики. Поэтому борьба с инфляцией должна носить комплексный характер. Например, можно заморозить на определенный период времени тарифы на услуги естественных монополий: цены на газ, электроэнергию, железнодорожные тарифы.
Отметим, что консервативная экономическая политика органов государственного управления в России в последние годы достаточно резко контрастирует с экономической политикой крупнейших мировых экономик – Китая и США. В Китае в целях стимулирования экономического роста в 2019 г. был снижен НДС и ранее (в 2018 г.) был уменьшен налог на доходы физических лиц путем вычета из налогооблагаемой базы расходов на медицинское обслуживание, образование, оплату процентов по ипотеке и других расходов. В США в 2017 г. Д. Трамп провел масштабную налоговую реформу, снизив налог на прибыль корпораций с 35 до 21 %,
были введены налоговые вычеты для корпораций на инвестиционные затраты, уменьшены налоги для семи групп физических лиц, в том числе для молодежи и молодых семей, и введены некоторые другие льготы. В период после 2007 г. Федеральная резервная система (Центральный банк США) неоднократно активно стимулировала экономический рост через снижение учетной ставки (аналог ключевой ставки в России) и резкое увеличение предложения денег с использованием операций на открытом рынке.

Цели Банка России – нужна коррекция

В «Основных направлениях единой государственной денежно-кредитной политики на 2026 год и на период 2027 и 2028 годов» сказано: основной целью денежно-кредитной политики Банка России является защита и обеспечение устойчивости рубля посредством поддержания ценовой стабильности, в том числе для формирования условий сбалансированного и устойчивого экономического роста.
Говоря об опыте целеполагания самого влиятельного в мире центрального банка – Федеральной резервной системы (ФРС) США, обращаем внимание на то, что денежно-кредитная политика в Соединенных Штатах включает действия и коммуникации ФРС по обеспечению максимальной занятости, стабильных цен и умеренных долгосрочных процентных ставок – это три экономические цели, выполнение которых Конгресс поручил добиваться Федеральной резервной системе. Очевидно, что ФРС США намного шире формулирует цели своей деятельности, ориентируясь не только на достижение ценовой стабильности, но и на обеспечение роста производства и занятости в экономике. Это предопределяет намного более активную по сравнению с Россией монетарную политику.
* * *
В заключение отметим, что замедление экономического роста в России в 2025 г. и в начале 2026 г. происходило в условиях огромного санкционного давления на экономику. Особенно большие усилия коллективный Запад предпринимает с целью ограничения доходов от российского экспорта. Чистый экспорт (экспорт минус импорт) является одним из важных элементов, формирующих динамику ВВП. Кроме того, нефтегазовые доходы являются существенным элементом формирования поступлений бюджета, расходы которого определяют значительную долю совокупного спроса в экономике. Поэтому необходимо иметь в виду, что санкции, мягко говоря, не содействовали экономическому росту экономики России в 2025–2026 гг. Вместе с тем в 2023–2024 гг.
в условиях жестких санкций экономика России демонстрировала хорошую динамику: прирост ВВП составил 4,1 и 4,3 % соответственно, что было выше темпов прироста мировой экономики. Вывод напрашивается сам собой: излишне жесткая монетарная политика Банка России в сочетании с увеличением налоговой нагрузки внесли «достойный вклад» в замедление экономического роста в России в 2025–2026 гг. Дело сделано, и в сложившихся условиях, конечно, следует уменьшать ключевую ставку постепенно, но этот процесс также может протекать с разной скоростью. По нашему мнению, предпочтительно более интенсивное смягчение монетарной политики для того, чтобы сформировавшаяся стагнация в российской экономике не продлилась и в 2027 г.
Кроме того, Банк России должен более тесно координировать свои действия с Правительством РФ, а борьба с инфляцией должна носить более комплексный характер.
Александр Баранов, доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН, профессор НГУ